Автор
В глубине классной комнаты нарастает паника: учительница встает и медленно направляется к «галерке». Это двойные листочки… за что? Каждый жест училки усиливается страхом, когда она оказывается рядом. Закрыв глаза, чувствуешь толчок паники, как будто сердце уходит в пятки....
Это все мои подарки или будет что-то еще?
— Железная дорога для малыша. В смысле детская, но для тебя. На пульте. Тебе сто процентов понравится.
— Это что за намеки такие? — наигранно удивляется Соболев.
— Я в курсе, что ты собираешь игрушки с киндера сюрпризов. Да ладно, не парься, я до встречи с тобой в симс играла. Я восполняла там то, чего не хватало мне в жизни. А ты с игрушками восполняешь то, чего тебе, видимо, не хватало в бедном детстве.
— После раскрытия такой страшной тайны как игрушки от киндера, я просто обязан на тебе жениться и переписать все имущество для того, чтоб ты держала язык за зубами.
— Обещаю держать его за зубами и без того.
— Не, так не пойдет. Ты спрашивала, что мне подарить, так подари то, что хочу я. Суй, — кладет мою руку к себе на штаны.
— Минет? Ты серьезно?
— Омм, не туда, а в карман. Давай. Суй и вынимай.
— Сую.
Это оказалось той еще задачкой. Уже нащупав маленький предмет, поняла, что это за коробочка. И ее содержимое угадать не сложно. Произнеси я решение номер три вслух до этого момента и, получив кольцо уже после — скорее всего как и нормальная девочка была бы этому рада.
— Ну открывай.
Ослепнуть можно от бросающегося в глаза камня в кольце. Ну, ясное дело, — не горный хрусталь. Красивое кольцо, даже слишком.
— О, подошел размер, — радостно произносит Соболев, не скрывая мальчишескую улыбку. — Ну что, порадуешь почти именинника? Поженимся?
— Хорошо.
— Точно?
— Летом.
— Ну, хотя бы летом. Тут камеры есть, ты в курсе? Я, если что, потом тебе предъявлю.
— Ага.
* * *Мальчишка. Какие ему сорок четыре года? Кажется, сейчас от радости высунет язык. Он, в отличие от лающих на железную дорогу собак, от нее реально в восторге. Лучше бы я вообще этого не видела. Сразу представляется то, как он точно так же играет со своим сыном на пару.
— Вась, давай ко мне. Попробуй.
— Обязательно, только вечером.
— Я же говорил заказать еду, на фига с этим возиться?
— Захотелось, редко же праздник. Поможешь?
— Ага.
Видимо, я старею или снова становлюсь милой девочкой, которая не хочет расстраивать ближнего и делать ему замечание. Еще полгода назад я бы отбила Пети руки за то, что он так отбивает мясо. Кажется, ошметки и сок разлетаются по всей кухне.
— Нормуль или еще?
— Самое то.
