Радости-то особой мало: судьбина русской женщины – и на войне самую тяжелую работу тянуть наравне с мужиком.
Он представил, что Ольга в его экипаже будет механиком-водителем. И ужаснулся. Какие бы ни были тотальные потери, он никогда не допустит, чтобы в его взводе служила женщина. Не женское это дело. И точка!
– А где же обещанная музыка? – разложив платочек на столе, спросила Татьяна. – Где песни?
– И наконец, пляски… – добавил Роман.
Саня взял было гармонь, но Оля знаком руки попросила подождать, налила в свою, уже пустую кружку чай и поставила перед ним:
– Саша, пожалуйста, выпейте чаю, в самом деле, что за спешка…
Татьяна без тени смущения тут же совершила чайную процедуру для Ивана.
Уставших, опоздавших и невпопад играющих музыкантов никто не любит. Музыка, рожденная до полуночи, не похожа на музыку предрассветную, как не похожи краски заката на краски сумеречного неба.
Близилась полночь. Саша, как все деревенские жители, без всяких часов чувствовал и мог точно назвать время в любой момент. И поэтому до полуночи ему хотелось сыграть что-то особенное, проникновенное, что по душе каждому.
Извинившись, что его пальцы могут подвести после того, как он вколачивал (ха-ха) палец в трак, Саня вновь взял гармонь. Память воскресила вальс…
В одном месте он слегка сфальшивил, все это, конечно, услышали, но лишь один Прохудейкин скривил рот.
«До чего же дрянной человечишко. – У Ивана даже зачесались руки, так вдруг захотелось дать ему в морду и добавить граммофоном по черепу. – Кривляешься, как макака из Московского зоопарка».
Потом Саша затянул «Черного ворона». Иван тут же подхватил, потом подоспели девушки и Юра с высоким чистым голосом.
Роман молчал, у него полностью отсутствовал слух, еще в военном училище во время строевых песен его категорически просили не петь, а просто в такт открывать рот. Он не расстроился, но сделал тогда для себя выводы, что можно неплохо жить, всего лишь имитируя работу…
Когда песню допели, Оля сказала, что Иван был сейчас похож на Чапаева из кинофильма. Родину сравнение понравилось:
– А Санька у нас будет за Петьку. Ну а вы, девчонки, обе похожи на Анку-пулеметчицу!
– Только вместо пулемета строчим телеграфным ключом, – усмехнулась Ольга.
– А давайте что-нибудь повеселей, ребята! «Цыганочку»!
– Самое время! – согласился Деревянко. – С выходом и платочками!
И с первых же нот «Цыганочки» Татьяна выскочила на середину избы. Она взмахнула рукой, и, о чудо, из-под ее руки выскользнул всех цветов радуги наплечный платок, она павой прошла по кругу, жаль места мало! А ритм все ярче и быстрей, как огнем полыхнула музыка жарких цыганских ночей.