В братской могиле всех похоронили…
Соколов пошел к танку, надо было готовить позицию. Ему с танком и остатками вышедших из окружения солдат предстояло занять оборону на высоте вместе с батальоном Парамонова. И продержаться еще двое суток.
Лейтенант остановился и подождал идущего следом Омаева.
– Руслан! – позвал он пулеметчика.
Но чеченец смотрел куда-то мимо своего командира. Он шевелил губами, тихо говоря сам с собой. Потом лейтенант расслышал:
– Не для чего больше жить.
Нет, она бы не одобрила, она любила всех, весь мир. Она бы хотела, чтобы я остался жить. И я так сделаю. Теперь они меня бояться будут. Теперь смерть будет смотреть им в глаза каждую минуту. За нее…
– Руслан! – снова позвал Соколов.
– Все в порядке, товарищ младший лейтенант! – твердо взглянул в глаза командиру Омаев и ответил как-то особенно: – Готов к бою! Просто у меня сейчас отняли самое дорогое, что было. Будущее.
– У нас у всех многое отняли, Руслан. Мы никогда уже не будем такими, как раньше. Теперь для нас мир навсегда изменился на «до войны» и «после войны». И от нас зависит, как быстро наступит это «после»."
