И с новым энтузиазмом принялась за зарядку накопителя. Правда, делала это, засунув руку с накопителем в карман, чтобы не привлекать внимание обывателей.
Мы с Жанной уже начали собираться в дом утех, когда капризный детский голос привлек мое внимание.
- А сколько стоит вон тот медведь на верхней полке, - спросила девочка ле десяти в прелестном платьице. Рядом с ней стояла не менее элегантная пара, какую обычно в торговых рядах и не увидишь.
- Пятнадцать серебряных монет, - уже уверенно произнесла Инес. Она к этому времени уже успешно подала две игрушки из ряда «дорогих игрушек», поэтому её смущение сошло на «нет».
- Папа, - протянула девочка манерно. – А мы моего медведя за половину золотого купили.
Жанна тут же вскинула голову, разглядывая состоятельную семью. Отбросив сомнения, она выступила вперед и посмотрела в глаза мужчине.
- Вас обманули, впрочем, как и нас. Мне владелец магазина один серебряник за неё отдал.
Мужчина нахмурился и пристально оглядел все игрушки.
- Можно медведя посмотреть поближе? – попросил он.
И Инес тут же протянула ему игрушку. Мы затаили дыхание, наблюдая за джентльменом. Выкройка была та же, как и фурнитура, так что сомнений в авторстве творения у него возникнуть не должно.
Мужчина же, оглядев игрушку, заплатил нам пятнадцать серебряников за неё.
- Вы же завтра тоже здесь будете?
Кивнули, он ещё раз оглядел игрушки. И продолжил прогулку в компании жены и дочери. Мы растерянно переглянулись и пожали плечами. Захватив раскроенную ткань на пару игрушек, я сложила её в сумку, как и фурнитуру для этих зверюшек. Слила в очередной раз энергию в накопитель и направилась в дом утех. Жанна почти сразу догнала меня. По дроге обсудили переезд пианистки в квартиру. Порассуждали мы и на тему открытия собственного магазина, но особого резона торопиться с ним, не было. Впрочем, Жанна пообещала посмотреть нам место под магазин.
А в доме утех нас ожидала уже привычная работа. В этот раз репетиция танца живота с бабочками затянулась. Четырем танцовщицам пошили наряды наподобие моего в разных цветах. На контрасте я в этот вечер решила выступать в желтом костюме. Аморет появилась в зале без десяти шесть и постановила, что это будет завершающий программу выступлений танец, после которого мы, танцовщицы, будем гулять по залу в нарядах для танца живота. Всё бы ничего, но этот танец я всегда танцую босиком. А это значит, что оставшийся вечер в роли подавальщиц я буду босая. Надеюсь, мне ноги не отдавят.
