Каяна сказала, что, скорее всего, девочка распотрошила собственное приданое. Паучий шелк не мялся, покрашенный в любой цвет никогда не выцветал, а особый перелив этой ткани, без слов говорил окружающим о достатке носящего подобную вещь.
Но главное, этот материал был настолько прочен, что мог выдержать скользящий удар когтей или клинка. Даже сейчас эта ткань струилась по рукам, ластилась к коже, казалось, что над руками клубится плотное облако. Как не жаль было расставаться с этим чудом, но мы решили, что пользоваться искренней привязанностью ребенка и возможным не пониманием ценности ее подарков это подло. А значит, нужно было вернуть. Вчетвером, оставив нага следить за хозяйством, мы отправились с ответным визитом.
Недалеко от центрального дома, на небольшой полянке, закрытой от посторонних глаз густым цветущим кустарником, слышался весёлый детский гомон и смех. Рис и Ия были облеплены несколькими детишками помладше.
На краю поляны полулежала и сама Арисса, что встрепенулась, заметив нас, и напряжённо замерла. Мы подошли, слегка поклонились, приветствуя, нагиня предложила присесть. Услышав в чем состоит наша проблема, она рассмеялась.
— Зря беспокоились! Ия очень умная девочка, и раз ее душа попросила о таком даре для вас, значит, все правильно. В любом случае, я не оспорю ее решения, и не приму от ее имени дар обратно. К тому же, она совершенно права. Наш клан и так должен виру, а за спасение Наариса благодарности не выказали. Подумай до завтра, а завтра на церемонии представления матерям скажешь, чего бы ты хотела получить. И не стесняйся, наш клан очень богат. Я могу выполнить почти любую твою фантазию или блажь. Только не проси заставить сыновей отказаться от связи. — Нагиня смотрела с тревогой, явно переживая о чем-то. — Я знаю, что ты разговаривала с Маиссой, и знаю о ее просьбе. Знаешь, я всегда была не согласна с ней, но в последнее время, все чаще думаю, что заблуждалась я, а не она. И вон, лучшее подтверждение ее слов.
Нагиня указала ладонью в сторону детей. Ия что — то шептала мальчику на ухо, а тот улыбался и кивал. Повернул голову в нашу сторону, радостно замахал, увидев и узнав нас.
А потом вышел на середину поляны, все дети замерли вокруг него. Мальчик поднял руки, раскрытыми ладонями вверх, и с его рук вспорхнули два огромных огненных феникса, сделали круг над поляной и по спирали устремились в уже темнеющее небо.
Огненные птицы оттолкнулись друг от друга и рассыпались сотней искр в небе. Каждая искорка делилась ещё и ещё. И вот уже все небо взрывается волшебным фейерверком. Подбежавшая Ия схватила меня за руку и утащила за собой в толпу бешено скачущих детей со словами: " привыкай, твой медведь подарит тебе много медвежат".