Ещё несколько раз, проведя ладонью по его волосам, давая понять, что не обижу, как делала бы с бездомным животным, я аккуратно, старясь не потревожить жуткие раны, нащупала слегка выпирающий третий позвонок и резко нажала, надавливая под него. Наг сразу обмяк, значит у меня получилось. И у нас есть несколько часов его беспамятства, чтобы помочь.
Я с облегчением выдохнула и посмотрела на Элину. Но увидела ошарашенные взгляды оборотней.
— Деревенька. Глухая. Угум. Я б в ту деревеньку, без роты гвардейцев не ездил. И вообще б не ездил. — Ард опять пытался меня поймать, но развернуться ему не дала Элина, отправив снова за водой. Теперь уже для нага.
Мы провозились, почти до темноты. Элина уже явно вымоталась, а ведь самый сложный период для пациентов ещё впереди.
— Все что могла, я сделала. Жаль, конечно, что чешую нагу мы не спасём.
— Почему? Я думала, что все заживёт…
— Да какой там. До кости вон прорывали. Да ещё и прижигали. Если сейчас его перемолотым каменным корнем с жиром намазать, тогда да, даже лучше станет. Крепче. Но где ж мы его здесь найдем? Жалко его, для нагов чешуя это и броня, и предмет гордости.
Элина расстроилась, а я уже лезла в хран. Второй раз за день, и опять на глазах оборотней, но выбор был или помочь нагу, или сохранить в тайне запасы, которыми меня обеспечила Алиена.
Это оборотни ещё в шоке от происходящего, да и загружены по самые уши. А то б ещё и про камни вспомнили. Опять бы Ард завел любимую песню, про "в какой же деревне…".
Увидев вытащенный мною горшок, и сняв с него промасленную бумагу с руной сохранности, Элина счастливо взвизгнула и потащила меня долечивать змея. Мы, в четыре руки, не пропустили ни одной раны, а весь хвост ещё и пропитанным в жиру полотном обернули.
Довольные от проделанной работы мы, наконец — то, уселись ужинать. Каша с мясом и дикими травами, хоть уже и была подстывшей, но показалась безумно вкусной.
Только не успела я доесть, как к нам пожаловали гости. Вот черт их принес! К нашему лагерю, разбитому за окраиной поселения неспешным шагом подошли несколько мужчин, судя по одеяниям, все служители Ссаарды, богини нагов.
После обмена приветствиями с оборотнями, с нами, жалкими человечками, естественно никто здороваться не собирался, эти жрецы спросили разрешения у оборотней поговорить со мной. Я сначала хотела фыркнуть и уйти в фургон.
Подобное отношение сильно задевало мое самолюбие. И я знала, что Алиена меня поддержит.