Огненный конфликт разворачивается вокруг предательства и борьбы за выживание. Героиня оказывается в ситуации, где сталкивается с тяжелым прошлым и необходимостью принять судьбоносные решения. Напряжение нарастает, когда старые узы и новые желания входят в противоречие.
Раздел Chitat.online для книги «Танцующая с грозой (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Огненный конфликт разворачивается вокруг предательства и борьбы за выживание. Героиня оказывается в ситуации, где сталкивается с тяжелым прошлым и необходимостью принять судьбоносные решения. Напряжение нарастает, когда старые узы и новые желания входят в противоречие.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дина Сдобберг Легкое чтение Любовные романы подборки серии
Огненный конфликт разворачивается вокруг предательства и борьбы за выживание. Героиня оказывается в ситуации, где сталкивается с тяжелым прошлым и необходимостью принять судьбоносные решения. Напряжение нарастает, когда старые узы и новые желания входят в противоречие.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
При входе у меня попытались было забрать мой походный мешок, с которым я не расставалась никогда, даже во время кратковременных отлучек в лес, но хватило одного слова, чтобы меня оставили в покое.
Свекровь у Миалии не отличалась, ни умом, ни сообразительностью. Письмо я прочитала вслух. Меня заверяли в добром ко мне отношении, в том, что сожалеют о недопонимании, что возникло между нами, и сообщали, что я могу не волноваться с мужьями Миалии все хорошо, мальчики себя прекрасно чувствуют и ждут встречи с женой.
— Я могу не волноваться. А я волновалась? Серьезно? Когда? О собственных, привязавшихся не переживаю, за чужих волноваться должна. — Мне было даже смешно ознакомиться с подобным образцом самоуверенности.
В знак подтверждения добрых намерений мне прислали несколько рулонов ткани, пару шкатулок с украшениями и с десяток коробок с различными специями. В том числе и красный перец. Жгучий красный перец, который я безошибочно узнала. Вот спасибо, вот это угодила. Ну, пусть теперь попробуют меня подоставать! Подсыплю перца под хвост, в буквальном смысле и в лучших традициях беззаботного детства.
Но оказывается, мои слова задели некоторых здесь присутствующих. Как это я посмела не переживать и не радоваться привалившему счастью, в виде трех змеиных туш? Черный, которого здесь все звали Гар, урок все-таки учел и попытался меня схватить за одежду, а не за тело. Но своими когтями порвал мне рюкзак, и от рывка на пол высыпалось все его содержимое. В том числе, и статуэтка Мараны, которая к счастью, упала сверху и не повредилась.
— Ты обалдел? — Я бережно прижимала статуэтку к груди. — Какого демона ты, ремень недоошкуренный, портишь мои вещи?
Ответом мне было молчание. Наги шарахнулись от меня и прижимались теперь к стенам залы. Точнее не от меня, а от фигурки, так напоминающей им о самой грозной богине их пантеона.
— Кого вы притащили, остолопы? Служительницу Грозной? В жены?
Наверное, это было бы смешно, если бы не выглядело так нелепо. И так уродливо. Наги, прижавшиеся к стенам, нервничали, хвосты извивались кольцами, некоторые из нагов оскалились и демонстрировали появившиеся клыки. И все из-за одной очень красивой статуэтки.
На меня и так смотрели, как на мерзкое насекомое, а уж сейчас. Особенно, теперь, когда выяснилось, что это именно я — та человечка, из-за которой начались проблемы по всему королевству.
Кроме этого, гонцы передали и еще одно письмо с просьбой позволить своей «рабыне» получить слово от мужей. Хотелось, конечно, подтвердить статус-кво гонцов и послать их всех и разом, но не думаю, что в этом мире существует исконно русский адрес.
Ужик Гар прошипел что-то невнятно оскорбительное, и только взяв себя в руки и немного успокоившись, смог вернуться к понятной другим речи.
