— Что это значит? Так и будешь говорить со мной на своем языке? — капаю на ладони масло и на спину Джареда. Он напрягается, словно это горячий воск.
— Есть вещи, которые тебе лучше не знать, Лана. Слова на родном языке вырываются непроизвольно, — я медленно рисую узоры на его спине кончиками пальцев, а потом прижимаю ладони к лопаткам, начиная массировать его кожу. Боже, так приятно трогать и чувствовать его. Можно ли кончить, просто от того, что я доставляю ему наслаждение? Джаред не издает звуков удовольствия, но я все слышу по его дыханию и томному голосу.
Я хочу довести его до края сильнее. Хочу, чтобы, желая взять меня, он умирал.
Мои руки то нежно, то с напором скользят по его гладкой спине. Он везде такой твердый. Сильный. Мой рот наполняется слюной, когда я понимаю, что до безумия хочу покрыть поцелуями его спину… запах сандала окутал нас с ног до головы. Здесь только мы, музыка, и танец наших, пока еще соединенных душ…
— А на каком языке ты думаешь? — я дополняю невинный голос смелыми движениями, играя на контрасте. Кончики пальцев скользят до середины его спины, опускаются к пояснице. Джаред слегка вздрагивает.
Большими пальцами массирую ямочки над его ягодицами.
Кончики моих волос скользят по спине, Джаред выдыхает сквозь зубы. Кажется, он забыл, о чем я его спросила.
Завороженная игрой его мышц, подавшись наваждению, я наклоняюсь к Джареду, шепчу у уха, будто случайно прикусив мочку:
— Джаред, ты здесь? — провожу губами над его затылком, касаясь только своим дыханием. Замираю над областью между лопаток. Едва касаясь языком… медленно провожу им по солоноватой коже.
Джаред сдерживается, но мне достаточно звуков его прерывистого дыхания, чтобы представить наши звуки во время секса.
Плавно начинаю вращать бедрами, потираясь киской об его ягодицы. Ох да, Джаред.
— На… — в выдохе звучит плохо скрываемый стон. Хитро улыбаюсь. — И на том, и на другом… Лана.
Джаред с рыком поворачивается подо мной. Наши взгляды встречаются, я всхлипываю, когда его руки опускаются на область между талией и бедрами. Сжимают до легкой боли.
— Так нечестно, ты повернулся. Мы договаривались на массаж спины, а пятнадцать минут еще не прошло, — протестую я, мои ладони теперь упираются в его железный пресс.
— Мне повернуться? — Джаред высокомерно вздергивает бровь, но его наглость заводит.
А я понимаю, что не хочу, чтобы он переворачивался. Затаив дыхание, поглаживаю его грудь. Я удобно устроилась на его бедрах, но стоит чуть-чуть наклониться, и низ моего живота соприкоснется с его членом.
— Нет, — закусив губу, почти отчаянно произношу я. — Я не хочу этого. Чтобы ты… поворачивался.
Глаза в глаза. Коже к коже. И я хочу, чтобы ни единого сантиметра ткани не было между нами.