Но тут как раз появилась девушка, и Михаил отметил, как они, девушки, хорошеют, когда к ним приходит любовь. У этой огромные глаза так лучились внутренним светом.
Студент поцеловал ее. Совсем не так препохабно, как целуются порой на эскалаторе молодые пары, а бережно — в каждом его движении была заметна нежность. И они повернулись, чтобы уйти.
— А вот и я, простите, Миша, что опять опоздала, — услышал засмотревшийся на юную пару Михаил.
Может быть, под воздействием примера молодой пары он тоже решился и легко поцеловал Олю в висок, точнее, в мокрый, с капельками дождя локон. И Оля не отстранилась.
— Ой, Ольга Васильевна! Здравствуйте! — девушка неожиданно повернулась к ним.
— Мама! — удивился студент. — А я думал, ты на работе.
— Здравствуй, Дашенька! Михаил Семенович, это мой сын, Петя, — сразу нашлась Оля. — Михаил Семенович, двоюродный брат твоего отца, Петя.
Пары чинно раскланялись.
— Да уж… попались! Жизнь и правда полна неожиданностей! — сказал со смехом Михаил, когда Петя с Дашей растворились в толпе.
В этот день Агнию явно вела удача. Не успела она вернуться из Русского музея, как в их тесную редакционную комнатку зашел главный. Минуту-две он в задумчивости постоял в дверях, а потом выдал идею:
— Слушай, я тут подумал, какой-то нам экзотики не хватает. Цыган с медведями, что ли. Вот-вот: медведей. Короче, цирка, блеска, бурлеска. Сходи-ка ты в цирк, а? Присмотрись. У них там, я слышал, мировое ревю. Причем они его в загранке показывают, неделю — дома. Присмотрись, мало ли какая экзота попадется. Скажем, змея, влюбленная в артиста, или семья — великанша и лилипут. Поищи что-то такое, что в метро друг другу станут пересказывать.
— Корректуру просмотрю и двинусь, ладно? — приняла указание шефа Агния.
К цирку Агния была равнодушна. В детстве, когда их с Дмитрием привели в первый раз туда родители, ей были обещаны медведи на мотоциклах. И она терпеливо томилась два отделения, ожидая, что вот-вот на арене появятся те самые медведи. Что-то неразборчивое говорили, пиная друг друга, странно одетые дядьки и тетки. Как ей объяснили, это были клоуны, которые веселили публику. Другие артисты бросали друг другу кольца, лазали по длинным палкам — все это было ей неинтересно. К концу второго отделения она заснула, и, когда появились обещанные в программе медведи, отец стал ее будить. Она вяло открыла глаза и снова, свесив голову, задремала.
Таким цирк и остался в ее сознании — скучным. И теперь к зданию на Фонтанке она шла с небольшой охотой.