После смерти художника Антон Шолохов в Париже, в Петербурге начинаются загадочные исчезновения юношей, которым он делал татуировки. Международный суперкиллер Брамсу поручают переправить человека из России в Латинскую Америку под псевдонимом Чеченца.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Татуировка»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
После смерти художника Антон Шолохов в Париже, в Петербурге начинаются загадочные исчезновения юношей, которым он делал татуировки. Международный суперкиллер Брамсу поручают переправить человека из России в Латинскую Америку под псевдонимом Чеченца.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Милкова Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
После смерти художника Антон Шолохов в Париже, в Петербурге начинаются загадочные исчезновения юношей, которым он делал татуировки. Международный суперкиллер Брамсу поручают переправить человека из России в Латинскую Америку под псевдонимом Чеченца.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мы должны смотреть в глаза жестокой правде. И эта правда заключается в том, что мы с вами — последние носители ушедшего в сумрак истории великого языка. Да, дорогая Агния Евгеньевна, не глядите на меня с таким ужасом. У вас, у тех, кто вырос в России после Октябрьского переворота, — иная эстетика, иная символика и знаковая система и, следовательно, иная система мышления.
Агния сидела в небогатой двухкомнатной квартире на двенадцатом этаже, где все остальные — и хозяева, и гости — были в два с лишком раза старше нее.
На столе сверкал начищенной медью настоящий небольшой самовар — дореволюционный, с медалями. Полчаса назад этот самовар стоял на балконе и через железную трубу извергал клубы дыма, словно старинный паровоз. Агния даже спросила испуганно, не вызовут ли соседи пожарных.
— Они давно привыкли, — успокоил престарелый хозяин. — Когда у нас гости из России, мы всегда ставим самовар.
На тарелке у Агнии лежал кусок яблочного пирога, который испекла хозяйка. Розеточка была полна вареньем из крыжовника. Пожилая чета гостей чинно пила чай, обсуждала петербургские новости. И все это происходило в центре Парижа.
Агния была в гостях у дальних родственников, боковой ветви Самариных. Тех самых, которые должны были во исполнение завещания торжественно вручить ей старинные записи. Привез Агнию сам хозяин квартиры, Андрей Константинович, который для этого подъехал специально к гостинице в семь вечера в большом с давно потускневшим лаком автомобиле.
— Это мой старый испытанный друг, — пояснил сам хозяин. — «Пежо» шестьдесят пятого года.
— Шестьдесят пятого?! — переспросила Агния, не зная, как относиться к возрасту автомобиля — с сочувственным удивлением или восторгом. — Можно сказать, мой ровесник.
Хозяин в длинном старомодном пиджаке с аккуратными кожаными заплатками на локтях провез ее вдоль надземной железной дороги, куда неожиданно выскакивали электрички метро, молодецки свернул в район узких улочек и въехал в подземный гараж, откуда они вместе поднялись на лифте прямо к квартире.
Там все было старым, давно не обновлявшимся — и мебель, и пожелтевшая от времени скатерть на столе. Да и откуда было взяться богатству, если хозяева едва сводили концы с концами. Сейчас они наверняка были на пенсии. Но Агния не спрашивала, чем они занимались, на что жили прежде. Она и о смерти Антона Шолохова не сказала им ничего, подумав, что старики могли о его существовании даже не догадываться — прошлое для них было намного ярче, чем сегодняшний день.
Старушка-гостья рассказывала об имении под Курском, где провела раннее детство ее мать.
— И представляете, дорогая Агния Евгеньевна, у нас был большой пруд.
