Я вздрогнула от резкого запаха что-то непонятного и ужасно мутного. Открыв глаза в полумраке, я невольно поднялась на диванчике, испугано обернувшись к свинячьей маске на стене. Воздух вокруг был настолько густым и неприятным, что заставлял тошнить от желания выйти из комнаты....
Между зубчатыми башнями сияло чистой синевой далекое небо, а в солнечных лучах, пробивающихся между бойницами, кружились золотистые пылинки. Это что, сон?
Вонючка протащил меня мимо старого колодца, покрытого мхом, потом по потрескавшимся ступеням к просто огромным двойным дверям. Они открылись с визжащим скрипом, впуская нас в полумрак, пропитанный запахом сырости и плесени.
Мужчина толкнул меня вперед, и, не удержавшись на ногах, я упала, больно ударившись коленями о каменный пол. Внутри все противилось происходящему.
– Ну что? Ты поняла, как не стоит себя вести, Пенелопа? – раздался прямо надо мной надменный женский голос. – Подними голову!
Я сразу же поняла, что обращаются ко мне, и подняла взгляд. Рядом со мной стояла полная женщина в длинном платье глубокого зеленого цвета с бордовыми рукавами, украшенными вышивкой. Ее тусклые волосы мышиного цвета были убраны под сетку из тонкого металла, открывая немного одутловатое лицо с неприятными чертами.
– Отвечай, когда моя супруга говорит с тобой! – болезненный тычок под ребра развеял мои надежды. Похоже, это все-таки реальность.
– Господи, за что нам такое наказание?! – визгливо воскликнула женщина, ударив меня по голове связкой ключей на большом кольце. – Если бы старый барон не прижил эту дрянь со второй женой, у нас бы проблем не было! Отдай ее кому-нибудь!
Я схватилась за голову и сразу почувствовала теплую влагу под пальцами.
– Если я отдам ее замуж, то вместе с ней уйдут и земли! – недовольно возразил мужчина. – Я бы лучше продал их подороже! И придушить эту гадину я тоже не могу, потому что тогда земли уйдут в королевскую казну! Ты можешь это понять, Онтария?!
– И что, нам терпеть ее всю жизнь?! – охнула женщина. – Мы не можем себе позволить лишний рот!
– Есть у меня одна мысль… – задумчиво произнес ее муж.
– За Лэри? – удивилась Онтария, но потом радостно воскликнула: – А ведь это выход, дорогой! Пойдем-ка поговорим!
– Сначала я закрою Пенелоппу в ее комнате, – ухмыльнулся мужчина. После чего процедил, обращаясь ко мне: – Вставай! Никто с тобой возиться не будет!
Я поднялась на ноги, желая только одного: остаться в одиночестве, чтобы подумать. Осознать происходящее.
