Я вздрогнула от резкого запаха что-то непонятного и ужасно мутного. Открыв глаза в полумраке, я невольно поднялась на диванчике, испугано обернувшись к свинячьей маске на стене. Воздух вокруг был настолько густым и неприятным, что заставлял тошнить от желания выйти из комнаты....
– Я лично съезжу в замок. Хочется самому увидеть все собственными глазами, – генерал торжествующе улыбнулся. – Говорят, Карлайл промотал наследство отца и находится в довольно стесненных обстоятельствах. Не думаю, что он будет сильно противиться.
– Я помню, что его покойный отец женился во второй раз в преклонном возрасте, – задумчиво произнес сюзерен. – Его женой была милая леди, оставшаяся вдовой. Бедняжка скончалась… Интересно, у них родился ребенок мужского или женского пола?
– Какое это имеет значение? – удивился Эджертон.
– Если это девица, то ей можно подыскать хорошего мужа, запросив в приданое часть земель. Вряд ли за ней стоит очередь из поклонников. Они бедны как церковные мыши, и будут рады избавиться от лишнего рта. А родство со старинным родом откроет для них дверь в высшее общество. Например, граф Лоу не теряет надежды заполучить наследника в свои семьдесят лет. Он станет обеспечивать и молодую супругу, и ее родственников, так как средств на это у него предостаточно. Граф спокойно передаст земли в казну.
В кабинет вошел невысокий пожилой мужчина с жидким крысиным хвостиком, болтающимся на спине.
– Сэр Броджи, мне нужна вся информация о землях барона Карлайл. Сколько это займет времени?
– Не много, Ваше Величество. Все документы у меня разложены по папкам. Я с легкостью предоставлю вам все, что пожелаете, – секретарь поклонился королю и вышел.
– Ну вот. Тебе незачем ехать в такую даль, – сюзерен похлопал генерала по плечу. – А мне все-таки нужно будет заняться землями своих поданных. Возможно, некоторые из них специально уменьшают налоги, скрывая доходы со своего имущества от короны.
Сэр Броджи действительно вернулся довольно скоро. Он положил перед сюзереном папку и сказал:
– Земель у Карлайлов немного. Часть их завещана младшей дочери покойного барона. В день своего совершеннолетия она должна была получить их в пользование.
– Почему должна была? Она еще не достигла его? – король с интересом пролистал бумаги. – Или умерла? Тогда земли уже принадлежат казне.
– Нет. Она не умерла. Но девица больна. У нее душевная болезнь, из-за которой она осталась в возрасте пятилетнего ребенка, – ответил секретарь.
– Тогда я вообще не вижу никаких проблем! – воскликнул король. – Договоримся с нынешним бароном, и земли будут твои, Эджертон. Строй там хоть крепость.
