Тихая улица молчала, пока я поворачивал голову. Тут же собрались люди, все удивлённо оглядывались на кого-то за моей спиной. Обнаружилось нечто невероятное: тучный мясник с ненавистным взглядом в сторону натурального пижона, который выглядел как из фэнтезийного мира.
Прислушавшись к интуиции, я решительно спросила:
— Почему у меня ощущение, будто ты сейчас говоришь не только о Халане?
Плечи Киллиама напряглись, вся его поза на миг стала какой-то хищной — ещё чуть-чуть и оборотень бросится на невидимого врага, но он быстро совладал с собой. Что-то обдумав, при этом всё время глядя куда-то поверх моей головы, он посмотрел мне в глаза, чтобы бесцветным голосом рассказать:
— Моя старшая сестра была такой же… неугодной. До того как отец встретил мою мать, у него была интрижка с человеческой женщиной — влиятельная семья, уникальный дар, но ни разу не оборотень.
В груди всё сжалось, но не от страха. Кажется, это была смесь из жалости и сожаления — глядя на такого статного мужчину, который выглядит очень сильным, у меня и мысли не возникало, что его жизнь может быть также тяжела, как и моя. Другие причины для переживания, иные удары судьбы, но он, как и все здесь мог быть своего рода отщепенцем. Иначе, зачем сильному двуликому из знатного дома быть псом на службе у короны? В его случае только если он сам сделал этот выбор.
Прежде чем я что-то сказала, у главного входа показалась какая-то ошалевшая Аринка, которая, не обращая внимания на оборотня рядом со мной, воскликнула:
— Верити! Ты должна это увидеть!
Острая тема повисла в воздухе, но Киллиам кивнул в сторону девушки, показывая, что разговор окончен и мне нужно идти.
"Ладно, всё равно этот гость явно будет здесь частым. Тем более раз уж сам начал рассказывать о себе, то теперь не зазорно самой поднимать такие личные темы. Зачем? Ну что тут скажешь. Надежда очень странная штука — она и даёт тебе силы двигаться дальше, и отравляет твою жизнь порой беспочвенными ожиданиями.
37.
— И что теперь делать? — ошарашенно произнесла я, вслух выражая общие мысли.
Наша небольшая компания из: меня, Аринки, бабушки и полного семейства Барста стояла у подсобки, куда мы давеча сложили купленную посуду. Нет, та не исчезла, не оказалась испорчена или ещё что-то в этом роде.
