Тихая улица молчала, пока я поворачивал голову. Тут же собрались люди, все удивлённо оглядывались на кого-то за моей спиной. Обнаружилось нечто невероятное: тучный мясник с ненавистным взглядом в сторону натурального пижона, который выглядел как из фэнтезийного мира.
Верити, — тихо начал оборотень неотрывно глядя мне в глаза, — знаешь, далеко не все оборотни, как ты когда-то выразилась, тащат в рот всякую “гадость”. Так поступают только те, кто знает о парности, кто верит в неё и кто хочет найти свою половинку. Уже много лет я в курсе не о простом временном явлении метки, что сравнивают с покровительством, а о её истинном предназначении. Такие как я, чтобы не ошибиться в выборе, по сути, мухлюют, — Киллиам тихо смеётся, пока я незаметно для себя успокаиваюсь.
— Так мы… правда…, — пробормотала я, чувствуя новые волны стыда за свою избыточную реакцию.
— Да, — с улыбкой в уголках губ отвечает Киллиам, — наши чувства настоящие. Метка их не провоцирует. Это делаем только мы.
Оказывается, чуткая сторона оборотня нравится мне не меньше других. Но вот его молчание, прямо выводит из себя.
— Ты должен мне целую кучу нервов, — буркнула я, ущипнув Киллиама за руку. — Если бы сразу всё рассказал…
— Ты бы испугалась, — закончил он за меня, при этом глядя, как на упрямого ребёнка. — С тобой временами очень сложно.
Наигранная жалоба отозвалась моей неуверенной улыбкой и упрямым:
— Тогда надо было кусать варианты попроще.
— Нет, — качает головой такой же упрямый оборотень, — меня полностью устраивает мой выбор.
41.
* * *Уже и не вспомнить когда у меня было настолько хорошее утро. По идее мне положено быть уставшей, но после медленного пробуждения тело казалось лёгким, отдохнувшим, а на душе впервые за долгое время царил абсолютный покой.
Открыв глаза, отметила, что солнце уже высоко — совсем скоро полдень, а я ещё в кровати и какое же это приятное безобразие. Яркие лучи света стелились по потрепанному коврику, наполняя пустоватую комнату уютом.
