Тихая улица молчала, пока я поворачивал голову. Тут же собрались люди, все удивлённо оглядывались на кого-то за моей спиной. Обнаружилось нечто невероятное: тучный мясник с ненавистным взглядом в сторону натурального пижона, который выглядел как из фэнтезийного мира.
Кажется, она удивилась моим откуда-то взявшимся навыкам выделки шкур гораздо сильнее, чем фее, чьи слёзы продолжали обеспечивать нас грибами. По крайней мере, её голос звучал очень удивлённо, когда она спрашивала, как мне удалось сохранить податливость шкурки и спрятать неприятный запах. Пришлось лукавить и оправдываться тем, что я подсмотрела, как это делали другие, после чего просто повторила. Помимо этого я решила списать всё на везение — первый раз попробовала, а всё взяло и получилось. Бабушка точно не поверила, но допытываться не стала.
— Какая ты умница, Верити, — похвалила она меня, а затем, полюбовавшись получившимся мехом, с тоской добавила: — Жаль ко мне всё никак не вернутся силы, чтобы хоть немного тебе помочь. Неприятно чувствовать себя обузой…
Глядя на сморщенную руку на сером меху, я хотела уже начать заверять бабушку, что сама со всем справлюсь. Вот только вовремя вспомнила, где нахожусь. Здесь нет телевизора и интернета, нет всех тех благ, что есть на Земле, с помощью которых старики могли бы отвлекаться от дурных мыслей, забывая хоть ненадолго о своём немощном теле.
Удерживая это в памяти, я подала бабушке плошку с супом и, убрав мех, сказала:
— Ну что ты, перестань накручивать себя, — с мягкой улыбкой поправив плед на острых коленях, я добавила: — Сейчас тебе нужен отдых, очень много отдыха.
На морщинистом лице бабушки тут же расцвела улыбка и она кивнула. Коротко чмокнув в закрытую чепцом макушку, я отправилась отвоевывать у феи свою порцию завтрака, параллельно размышляя на не самые приятные темы.
На самом деле это чудо, что человек преклонного возраста смог пережить Белую Лихорадку.
