Тихая улица молчала, пока я поворачивал голову. Тут же собрались люди, все удивлённо оглядывались на кого-то за моей спиной. Обнаружилось нечто невероятное: тучный мясник с ненавистным взглядом в сторону натурального пижона, который выглядел как из фэнтезийного мира.
— Если всё же дело пойдёт, то надо будет разработать схему, чтобы нас меньше видели вместе. Иначе моя затея точно прогорит…
Задумчиво замолчав, я прикидывала, как сообщить Аринке, что я не самый надёжный работодатель, ведь за мной, точнее за моей землей идёт натуральная охота. Но девушка, как оказалось, знала побольше моего.
— На постоялом дворе я недавно слышала, — тихо начала Аринка, — как один богатый господин бахвалился, что точно выкупит земли Кауф. А если нет, то у её хозяйки будут проблемы.
Едва сохранив лицо после услышанного, я сделала вид, будто в курсе всего, что творится за моей спиной и это меня не беспокоит, и уж точно не пугает.
— Вот как раз поэтому, — бессовестно бравируя начала я, — надо всё держать в секрете. Да, очень хочется утереть чужие носы, но пока на это силёнок у меня не хватает.
Аринка на этот раз с грустью посмотрела на мою бабушку, уже привычно расположившуюся у очага и не мешающую нашему разговору, а затем тихо произнесла:
— Сомневаюсь, что такая сила у нас хоть когда-нибудь будет…
Честно говоря, я тоже надеялась на лучшее, но готовилась к худшему.
— Выше нос, трусишка-Ари, не забывай один маленький нюанс. Миром всегда правили деньги. И чем их больше, тем более сильную поддержку с их помощью можно обрести. — Аринка удивлённо посмотрела на меня, видимо гадая, откуда во мне столько оптимизма. На что я криво усмехнулась и закончила свою мысль: — Но знаешь, что ценится ещё больше? Новые идеи, как эти самые деньги зарабатывать.
14."
"Заразившись решительностью после моей пламенной речи, Аринка воодушевлённо отправилась на охоту за голодным людом и нелюдом, давая мне возможность убрать с лица безграничную веру в лучшее. Азартная улыбка стекла с меня как грим после неожиданного ливня, но вины за это я не ощутила. Обмана ведь как такового не было — мне просто пришлось скрыть свои терзания, замаскировав их непробиваемой уверенностью.
При этом на самом деле я считала сомнения неотъемлемой частью любой разумной личности. Они важны, потому как помогают более критично оценить свои силы, навыки и возможности, тем самым позволяя выявить слабые стороны общей картины целиком. Оставалось только вовремя остановить эти самые сомнения, чтобы в нарастающем потоке опасного чувства не утопить даже самые удачные идеи. Что, не всегда получается.
