Следствие за убийством и изнасилованием Анны РљСЌС' разворачивается вокруг доктора Дэвиса Мура, основателя «Клиники Новых Технологий Оплодотворения». В ходе расследования он обнаруживает улики, которые усугубляют его отчаяние. Поиск виновного и справедливости сталкивается с мрачной реальностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Театр теней»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Следствие за убийством и изнасилованием Анны РљСЌС' разворачивается вокруг доктора Дэвиса Мура, основателя «Клиники Новых Технологий Оплодотворения». В ходе расследования он обнаруживает улики, которые усугубляют его отчаяние. Поиск виновного и справедливости сталкивается с мрачной реальностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кевин Гилфойл Легкое чтение Детективы Триллеры подборки серии
Следствие за убийством и изнасилованием Анны РљСЌС' разворачивается вокруг доктора Дэвиса Мура, основателя «Клиники Новых Технологий Оплодотворения». В ходе расследования он обнаруживает улики, которые усугубляют его отчаяние. Поиск виновного и справедливости сталкивается с мрачной реальностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
«Мы всего лишь инструменты», — объяснял он.
Он снился Барвик чуть не каждую неделю, но всегда в разной обстановке: в ее школе, ее квартире, комнате миссис Лундквист, офисе Большого Роба (точнее, она вроде бы догадывалась, что это за место, но ничего общего с реальностью оно не имело). Однажды ей приснился зал ожидания в аэропорту О'Хэйр. Чаще всего в этих снах у Джастина было тело и лицо юного Эрика Лундквиста, и он говорил с ней о долге.
— Выполнение своих обязательств, — так он говорил, — важнее всего на свете.
— Ты прямо как Большой Роб, — поддевала она.
— Большой Роб — человек сообразительный, — отвечал Джастин.
— Да, но что если цели, во имя которых ты выполняешь свои обязанности, не благие? — Даже во сне она отдавала себе отчет, что в реальной жизни ни она, ни любой другой человек не стали бы обмениваться такими напыщенно-книжными фразами.
— Ты и я, мы всего лишь инструменты, — отзывался Джастин. — У инструментов не может быть цели.
— А у кого же могут быть цели?
Джастина, видимо, это не интересовало.
— У других, — равнодушно отвечал он.
Когда она передавала Большому Робу фотографии, он обязательно говорил ей: «Ты прямо как двойной агент!» — и это только усугубляло в ее душе состояние постоянного внутреннего раздора. Она предала одного человека, чтобы завоевать доверие другого. Так надо, такова плата, убеждала она себя. Надо с готовностью идти на то, что не готовы делать другие детективы. Терзавшие ее страх и тревога на время утихали, поскольку Большой Роб и Скотт Коллеран выражали удовлетворение ее работой. Клиент очень доволен, говорил Коллеран. Очень доволен.
— Давай, Джастин, залезай вон на то дерево, — обратилась к мальчику Сэлли.
Он осмотрел ствол, невысоко над землей разветвлявшийся, так что получалась плоская площадка, как повернутая ладошкой кверху рука с тремя пальцами. Послушно залез в развилку, повернулся к объективу и застыл с широкой улыбкой на лице. Сообразив, что фотографировать его будут не сразу, он расслабил мышцы лица и стал глазеть по сторонам на игравших поодаль детей, которых не принуждали лезть на дерево и принимать картинные позы.
Марта встала сбоку от Сэлли, пытаясь представить себе, как будет выглядеть снимок:
— Здорово, мне нравится.
Не подходя к дереву, Сэлли откорректировала позу Джастина и поднесла камеру к глазам.
— Улыбайся, — сказала она.
Он улыбнулся. Она щелкнула затвором раз семь или восемь; получились абсолютно одинаковые снимки.
