О чём книга «Тебе назло»
История о женщине, которая любит вопреки разуму и обидам. Годы ожидания, непринятие и боль не могут разрушить связь с единственным человеком, кто её понимает. Станет ли эта любовь спасением или окончательной трагедией?

Автор
История о женщине, которая любит вопреки разуму и обидам. Годы ожидания, непринятие и боль не могут разрушить связь с единственным человеком, кто её понимает. Станет ли эта любовь спасением или окончательной трагедией?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Тебе назло»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
История о женщине, которая любит вопреки разуму и обидам. Годы ожидания, непринятие и боль не могут разрушить связь с единственным человеком, кто её понимает. Станет ли эта любовь спасением или окончательной трагедией?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о женщине, которая любит вопреки разуму и обидам. Годы ожидания, непринятие и боль не могут разрушить связь с единственным человеком, кто её понимает. Станет ли эта любовь спасением или окончательной трагедией?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хотела стол обойти, чтобы можно было к Завьялову прикоснуться, но передумала, остановилась в нескольких шагах. — Предлагаю успокоиться и не горячиться. Со мной всё в порядке. А ты должен мне пообещать, что папке ничего не скажешь.
Генка на меня глаза вытаращил.
— Васька!..
Я упрямо выдвинула подбородок.
— Ты ему ничего не расскажешь, Гена. Потому что ему не нужно об этом знать. Зачем им с Никой волноваться зря?
— Вот что ты мне зубы заговариваешь? Не хочешь своего принца подставлять?
После секундной паузы, я подтвердила:
— Да, не хочу.
Завьялов нехорошо ухмыльнулся, а я продолжила:
— Если ты ему расскажешь, я тоже папке расскажу. Всё.
Он изумлённо моргнул.
— Что?
— Я всё ему расскажу. Про нас с тобой. Выбирай.
— Вась, ты зачем это делаешь?
Я шею потёрла, горло снова разболелось.
— Наверное, потому, что я устала. Я устала под тебя подстраиваться. Как ты сам сказал, два часа назад я плакала у тебя на плече. А ты переживал за меня, и сейчас переживаешь, я же вижу. Но через пять минут ты выйдешь за эту дверь и сделаешь вид, что ничего этого не было. А вот Никита этого не сделает, и мне уже неважно по каким причинам. Он готов быть со мной, а ты нет. А ты предлагаешь мне от него отказаться? Ради чего?
Генка на меня не смотрел, и только дышал тяжело, даже ноздри раздувались.
— Никита ещё молод, но он всему научится, так что не суди сгоряча, — сказала я ему. И ещё раз предупредила: — Не вздумай рассказать папе.
После этого мы с Генкой три дня не разговаривали. Он на меня обиделся, а я осудила его за дурацкое поведение, и даже сказала, что он ведёт себя ничуть не взрослее Никиты и Влада. Это моё заявление поставило окончательную точку и с тех пор мы находились в ссоре. Правда, знали об этом только мы с Генкой, хотя нам к такому положению дел не привыкать. Он не мог вынести того, что я его к стенке припёрла своим шантажом, а я злилась из-за того, что Завьялов в очередной раз испугался. Кстати или нет, не знаю, но папка с семьёй домой возвращаться не торопился, они отправились в недельный круиз по Волге, уж очень Ваньке теплоходы понравились, и понятия не имели, что дома творится. Хотя, ничего особенного не творилось, если только за закрытыми дверями, когда мы с Завьяловым оказывались с глазу на глаз. Никита же с Владом успокоились и о происшествии на озере, и о том, как Генка их после распекал, не вспоминали. Правда, я время от времени напоминала им о том, что не слишком хорошо себя чувствую, намекала на небольшую температуру и больное горло, но всё это лишь для того, чтобы Никите путь к своей постели закрыть. Он не совсем понимал, почему не может спать в моей постели, раз моего отца в доме нет, вот и приходилось мне отговариваться плохим самочувствием.