Автор
Несколько недель прошли бесследно для Василисы: она ездила домой к родным, которые ждали ее радостной встречей. Но одна остановка — в заброшенном Вале Яблоневки — привнесла нешуточную суету и страх в ее душу. Здесь началось что-то непонятное, что заставило Василису бежать домой еще быстрее, чем она прибыла....
И самым натуральным образом млела в его присутствии, и сама краснела, когда он ко мне обращался или улыбался. Никогда за собой подобной стеснительности не наблюдала, а тут алела, как маков цвет при любой возможности. И придумать не могла, о чём мне с ним заговорить, когда мы оставались наедине. Вот ни единой мысли в голове, даже глупой. Ветер, сквозняк, как угодно можно назвать. Я только смотрела на Прохорова и мечтала о том, чтобы это никогда не кончалось. Чтобы он бесконечно смотрел на меня своими лучистыми голубыми глазами, а ещё лучше поцеловал бы.
"Дверь в мою комнату без стука открылась, заглянула мать, и я в первый момент поразилась её внешнему виду. Вчера она в очередной раз поменяла причёску, перекрасилась в блондинку, да ещё волосы нарастила, и теперь по дому не ходила, а порхала, подобно греческой богине Афродите, обряженная в воздушный, полупрозрачный пеньюар.
— Вась, ты валяться долго намерена? Вообще-то, Филин уже звонил, они тебя ждут.
— Не называй его Филином.
