Автор
Несколько недель прошли бесследно для Василисы: она ездила домой к родным, которые ждали ее радостной встречей. Но одна остановка — в заброшенном Вале Яблоневки — привнесла нешуточную суету и страх в ее душу. Здесь началось что-то непонятное, что заставило Василису бежать домой еще быстрее, чем она прибыла.
А у тебя планы наполеоновские…
— А там ты кто? — Я на стуле развернулась, потеряв всякий интерес к еде. — Я тебе и предлагаю начать всё сначала. Надо вперёд двигаться! А ты на месте стоишь. Деньги он зарабатывает… Куда тебе столько денег? — Я прищурилась. — Им сколько не дай, всё равно мало будет. А нам с тобой хватит. А то, что ты здесь никто… По крайней мере, Геночка, здесь каждый мент тебя в лицо узнавать не будет. Вот об этом я тебе и говорю!
Генка курил, повернувшись ко мне спиной, а потом в затылке почесал. Мне вдруг смешно стало.
— Что? Выгоды подсчитываешь, Завьялов?
Он глубоко затянулся, потом сигарету затушил и ко мне повернулся.
— А чего их подсчитывать? Ты сама говоришь, это планы и мечты.
— Ну и что? Главное, чтобы планы были. — Завьялов ко мне приблизился, а я руку протянула, схватила его за ремень и заставила ближе ко мне подойти. Голову закинула, чтобы в глаза ему смотреть. — Это наши с тобой планы. Нужно только захотеть.
Он большим пальцем по моей щеке провёл, смотрел странно, чересчур пристально, словно что-то внутри меня разглядеть пытался. Его ладони на мои плечи легли, чуть сжали их, а Завьялов криво усмехнулся.
— Если я тебя встряхну хорошенько… что будет?
Я глаза от его лица отвела, стала смотреть на непонятный абстрактный рисунок на его футболке.
— Ты ей веришь? — спросила я после паузы. Голос предательски дрогнул, и я на себя разозлилась. — Когда она говорит, что любит тебя, ты ей веришь? Или для тебя это не важно? — Он отвернулся, а я печально кивнула. — Вот именно. А меня легче встряхнуть, чтобы перестала глупости болтать. Или отправить куда подальше… в Москву, одну. — Я поднялась, продолжая держаться за пряжку его ремня. — Жалко, что у меня сил не хватит тебя встряхнуть, как следует.
Я ушла в спальню, открыла шкаф, и остановилась перед ним, мутным от слёз взглядом уставившись на ровный ряд своих платьев на вешалке. Дышать старалась глубоко, слёзы вытерла, но внутри по-прежнему всё кипело, так и хотелось крикнуть: почему?!
— Вась.
Я первое попавшееся платье с вешалки сдёрнула.
— Я переоденусь, и мы куда-нибудь сходим. В кино. Пойдём в кино?
— Пойдём в кино, — согласился он, правда, без особого энтузиазма. Потом всё-таки подошёл ко мне и обнял, уткнувшись носом в мою шею, жарко подышал на ухо. — Васька.
Я не удержалась и носом шмыгнула. И даже это получилось как-то по-особому обиженно."
"— Я так хотела, чтобы ты приехал. Не сейчас, а вообще.
