Автор
Несколько недель прошли бесследно для Василисы: она ездила домой к родным, которые ждали ее радостной встречей. Но одна остановка — в заброшенном Вале Яблоневки — привнесла нешуточную суету и страх в ее душу. Здесь началось что-то непонятное, что заставило Василису бежать домой еще быстрее, чем она прибыла....
Хочешь, не пойдём. Но если тебе надо — пойдём. У тебя же с ним дела… — Я на колени к нему села, снова поцеловала.
Он пальцем моего подбородка коснулся, в глаза посмотрел, а я сказала:
— Я, конечно, гениальна, с этим не поспоришь, но иногда и я могу что-нибудь лишнее сболтнуть.
— Иногда? — переспросил он.
Я за волосы его прихватила, оттянула их назад, и Завьялов голову откинул, хохотнул.
— Что ты сказал?
— Ничего.
— Сказал, я слышала. — Я его в шею поцеловала, и очень тихо и серьёзно проговорила: — Я очень тебя люблю.
Что-то в моём голосе его насторожило, потому что Генка взглянул на меня совершенно по-иному.
— Ты о чём?
— Да обо всём. Стасик чего здесь весь день крутится?
— Не крутится, Вась.
— Крутится. Я когда на обед пошла, он ещё в гостинице был, и всё с Оксаной шептался. Чего они хотели?
Генка щёки надул и резко выдохнул, а сам ладонью по моему бедру водил. Разглядывал серёжку на мочке моего уха, потом взгляд к кулону перевёл, пальцем до него дотронулся, а у самого взгляд напряжённый, мне даже не по себе стало.
— Ты про клинику матери сказал?
Генка только кивнул.
— И что? Она против?"
"— Ну, конечно, она против, Вась! — рыкнул он в сторону, а я в последний момент удержалась от того, чтобы по груди его не погладить, успокоить хотела, но знала, что сейчас этого делать не стоит, Генка только больше взбеленится. И рада была, что на коленях у него сижу. Не хотелось, чтобы он вскочил и принялся по кабинету метаться.
— Её желание или нежелание сейчас не играет никакой роли, ты ведь сам говорил. Стаса надо отправить в клинику, изолировать его, на время. Да и это на пользу ему пойдёт.
— Я понимаю.
— Оксана что хотела?
— Поговорить.
Я к Генке наклонилась и лбом к его виску прижалась.
— Понятно.
Он смотрел на меня, глаза в глаза, и неожиданно усмехнулся.
— Что тебе понятно, котёнок?
Я улыбнулась.
— Что ты опять не договариваешь и проблемы от меня скрываешь.
— Даже боюсь представить как.
— А ты не бойся, — посоветовала я.
В клуб вечером мы всё-таки отправились. Правда, для начала в Яблоневку поехали, поужинали, я переоделась, а потом уже развлекаться. Это папка так сказал:
— Развлекайтесь. — А сам глазами на Завьялова косит, и на лице такая ухмылочка, не противная, а наоборот, предостерегающая какая-то. Я Генку за руку взяла и из дома вытащила, от греха подальше.
