Автор
Тебе не сбежать от меня — это острый роман, где каждый шаг становится опасной игрой в дуэль. Когда Мила встречает Кирилла, чувства переплетаются как нервные провода, и они быстро теряют все границы. Каждая встреча кажется последней для этого невероятного откровения.
И меня осеняет:
— Так вот чего ты такой мирный и осторожный в последнее время!
И снова разражаюсь плачем:
— Я стану толстая и страшная, и ты меня хотеть не будешь.
— Катюша, вот когда я думаю о тебе с животиком, тогда я и не даю спать, так что успокойся и пошли вниз. Мне кажется, твоя мама приехала.
— Ты меня хоть немного любишь? — смотрю на него из-под мокрых ресниц.
Кира перекашивает.
— Катя, я тебя хочу, я на тебе женюсь, я собираюсь с тобой жить до конца своих дней, трахать тебя во всех позах, и сделать не менее четырех детей.
Скептически смотрю на Коршунова.
— Что? Надо было соврать что-то красивое? — переспрашивает он с опаской, в любой момент ожидая слезоразлива.
Киваю, но в целом, сейчас был максимум романтичности, на который способен Кир.
Ой!
— А ты точно уверен насчет четырех детей? — тоскливо спрашиваю я.
— Абсолютно. Догоняй, — и сбегает от меня.
Черт, а я хотела двоих. Но если Коршунов говорит четверо, значит он сделает четверых и не меньше.
Тяжело вздыхая, я смотрю на себя в зеркало и подмигиваю.
Мое новогоднее желание сбылось.
Чудеса случаются.
P. S.
Я выхожу на крыльцо, чтобы подышать свежим воздухом. Когда сам трезвый, то перебравшие окружающие пахнут перегаром чересчур активно. На перилах замечаю притулившуюся верхом фугурку. Такой бомбезный шапец у нас носит только одна персона.
— Дашунь, ты чего здесь одна? — запахиваюсь поплотнее в шубу и облокачиваюсь рядом с Дашкой.
— Катя! Ты же кормящая! — возмущается она, заметив у меня в руке бутылку пива.
Отмахиваюсь:
— Безалкагольное, сплошной обман, но хоть есть, чем тост поддержать. Так чего стряслось?
— Ничего. В том-то и дело, что ничего не стряслось. Жизнь просто встала. Все обрыдло.
— Ого, какие пораженческие мысли, — присвистываю я."
"— Да вот собрались снова отметить старый новый год, те же люди, та же турбаза. У всех какие-то новости, изменения, события. А у меня все так же, как и два года назад. Ну, минус Лёня.
— Даш, я все прекрасно понимаю, — усмехаюсь я. — Два года назад, как и ты торчала на этом крыльце, и было мне паршиво. У тебя хотя бы Лёня не буйный, мой бывший тогда, как ты помнишь, фортель знатный отколол. Я смотрела в небо и думала, что бабий век не долог, я хочу семью, детей и нормального мужика. Разве это много? Раскисла я тогда, короче.
