— Пошли, что время терять, — сказал он.
От коридора, ведущего в нужном направлении, остались лишь покрытые подпалинами плиты пола. Ближайшие отсеки снесло начисто, — груды железа, комья оплавленного пластика и разбитая аппаратура высились в виде кольцевой баррикады, — ее сформировала ударная волна от мощного взрыва резервной силовой установки уровня. Место приземления «БТК» образовало прореху в нагромождениях хлама. Дальше виднелись фрагменты стен, — они постепенно повышались, а кое-где даже смыкались сводами, по мере удаления от эпицентра тотальных разрушений.
В воздухе витала едкая бетонная пыль. На пути часто попадались корпуса сбитых рагдов и уничтоженных сервов. Некоторые еще дымились и искрили.
Роб сильно прихрамывал, издавая много шума. Блок его сенсоров тоже был серьезно поврежден, — Захар заметил, что тот постоянно поворачивает голову из стороны в сторону, ведя сканирование.
Центр условной окружности, обозначающей границы свободы перемещения Роба, приближался. Они перелезли через баррикаду обломков и углубились в лабиринт модульных секций. Сразу сгустился мрак и Захару пришлось включить подсветку.
— Знакомые места. Я когда-то осознал себя тут.
— Поясни? — Захар остановился перед нагромождением компьютерных терминалов. Следы от пуль и осколков наводили на мысль, что оборудование кто-то намерено вытащил в коридор и использовал, как укрытие.
— Я включился неподалеку, в одном из смежных отсеков, — ответил Роб. Выдвинув дополнительные технические манипуляторы (его «руки» оканчивались стрелковыми комплексами), он с нечеловеческой силой принялся расчищать путь.
— Эй, полегче, меня ненароком придавишь!
— Извини. Координация движений немного нарушена.
— Похоже, ты просто нервничаешь?
— Возможно. Эмуляция чувств иногда сказывается на поведении. Не знаю, зачем меня оснастили этой функцией.
— Ладно, не дрейфь. Пошли.
Роб стоял как вкопанный.
— Зайди первым, — неожиданно попросил он. — Я никогда сюда не возвращался. Не могу объяснить почему.
Захар лишь молча кивнул, протиснулся в расчищенный лаз и тут же наткнулся на мумифицированные останки человека.
— Роб, подожди минуту. Осмотрюсь.
Судя по непроизвольной реакции, нейросистема робота действительно была настроена на проявление эмоций, причем довольно сильных, способных влиять на поведение и принимаемые решения.
