— Все еще подумываешь о второй Теге? — устроившись поверх тела белокожего, я легко подула на его лицо и решительно закинула «пробный шар». Ничто женское мне не чуждо. Хотелось услышать о том, что я — лучше, другая не нужна. И еще… поблагодарить его как-то по-особенному.
«Запросы у тебя не рабыни!» — с ужасом констатировало самолюбие.
— Сейчас понял, что не хочу другую Теге, — Риах, если отвечал, то всегда искренне — я чувствовала это сердцем. — Ты — единственная такая и только моя. И я могу с тобой что угодно делать! Я иногда мечтал…
Он резко замолк, смутившись. Моя душа наполнилась трепетом. Это было даже больше, чем я рассчитывала. Это было уже становлением привязанности. И не физической, а душевной!
«Выход в конце тоннеля замаячил!» — воспрянула духом я.
И неожиданно душу согрело теплом. Теплом благодарности и… надежды. Этот мир, новые условия существования пугали, почти лишали силы воли, принуждая смириться и безропотно терпеть. Но, может быть, у меня получится изменить этот мир под себя? Хотя бы его кусочек? Хотя бы Риаха?.. Была надежда. Впрочем, относился он ко мне как к Теге, пусть уникальной и единственной в своем роде, но — Теге. И с этим надо что-то делать. Поскольку, если я не изменю свой фактический статус, рано или поздно моя необычность станет обыденной, а новизна поблекнет.
— Ма-рина, — Риах вновь решил со мной чем-то поделиться. Даже в этой его откровенности мне чудилась убежденность в принадлежности себе, невозможности для меня как-то обнародовать его секреты по причине абсолютной несамостоятельности как личности. — Ты невероятно интересная.
«И все-таки он не понимает…» — грустно призналась самой себе.
— Ма-рина… — руки Риаха плавно скользили по моему телу, и я чувствовала, что он возбуждается. — Ма-рина…
«Но он не ел…» — еще успела подумать я, как он синхронно избавил нас от одежды.
Больше мы не говорили, полностью переключившись на физическое общение, позволив телам отдаться желанному процессу. Мое тело хотело этого не меньше его.
Мы переплелись руками и ногами, уже осознанно встретившись губами, ерзая телами друг по другу и все крепче сжимая объятия. Мы крутились, в порывах страстных движений меняясь местами, благо, вся внутренняя поверхность сферы была мягкой. Мы, уже не контролируя собственные порывы, покусывали губы друг друга, сжимали ногами тела, царапали ногтями плечи.
Его член уверенно и твердо упирался мне в живот, служа источником жара и нетерпеливого желания. Желания почувствовать его в себе.
