Автор
В глубокой тьме комнаты, он закрывает меня собой, как папа в детстве - слегка прижимая к стене. Каждое его прикосновение пронизывает страхом до самых ушей, заставляя замирать от удара и неподвластной уверенности в себе. Взоры наполняются атмосферой нереальной силы, создавая обволакивающий кокон из безуменного спокойствия....
Широкие ладони притягивают меня к себе еще ближе, и тут я ощущаю вибрацию в месте касаний, от издаваемого звука у меня волосы встают дыбом, а все тело падает с обрыва в глубокие воды упоительного восторга.
Я кричу, ощущая, как внутри что-то лопается, и тут же расслабляюсь, понимая, что не способна вообще ни на что. Волосы противно липнут к телу, а Женя теперь целует лобок, низ живота, задерживается на пупке, обводя его языком, скользит выше и возле сердца оставляет по-особенному нежный след своей ласки, словно клеймо.
Судорога продолжает пронзать меня, когда перед лицом показывается довольная улыбка Жени.
—Ну вот, а ты не хотела.
—Как стыдно, — я прячу лицо, упираясь в его плечо, рваными вдохами выгрызая себе кислород.
—Глупости, не стыдно, если это все по обоюдному согласию, и если тебе и мне это нравится. Я в восторге, — шепчет мне в ухо, Женя, а затем отстраняется и расстегивает джинсы. Мой взгляд падает на выступающий бугор, и по лицу начинает гулять румянец, который наверняка не видно в приглушенном свете.
Между моих раздвинутых ног стоит голый мужчина, и когда он слегка поворачивается, я вижу эрегированный член. Маленькая капелька страха оседает в душе, потому что я понимаю, что мне будет больно. Первый раз разве бывает приятным?
Дышу часто и кажется, что могу только от этого грохнуться в обморок, но с жадностью осматриваю каждый сантиметр накаченного тела. А Женя рвет пачку презерватива, бросает ее на пол, после чего слышится характерный звук, но я закрываю глаза, потому что теперь мне по-настоящему стыдно, хоть в этом и нет ничего постыдного.
Когда все готово, как мне кажется, я открываю глаза, и Женя плавно ложится на меня сверху, слегка касаясь членом бедра. Меня прошивает от новизны ощущений. Я цепляюсь за плечи и не могу расслабиться.
—Дай руку, — мой телохранитель обхватывает ладошки и тянет ее вниз, накрывая головку. Горячая каменная плоть упирается мне в руку. Он и правда большой, и кажется, не поместится во мне совсем.
Я веду влажной рукой по кубикам пресса, обводя их пальчиками, пока Женя продолжает тереться, доводя меня до исступления. Я понимаю, что это — не то, что было до, но такая ласка снова рождает сладкое томление, что отбрасывает точечные удары током в грудь.
