Мамочка за себя постоять сумеет — я не раз в этом убеждалась.
Помню, как иногда ходила с ней на рынок, и как она строила местных продавцов, желающих ей что-то втюхать по завышенной цене. Но такой она была, только когда возникала необходимость. Обычно вела себя скромно и с достоинством, что всегда ценила покойная леди Медлент.
Идея о переезде мамы в Арклан захватывала все сильнее, пока я решительно направлялась в заведение господина Дамьена. Я почти не обращала внимания на окликающих меня иногда любителей развлечений, с наступлением вечера наводнивших улочки Арклана. В основном адепты Академии, но встречались и приезжие, остановившиеся здесь по пути в Сайдер. Последних я уже легко отличала от местных жителей по говору и манере поведения. Нацепив на лицо невозмутимое выражение, я игнорировала неуклюжие попытки познакомиться, и шла своей дорогой. Пока обходилось без ненужных осложнений.
И все же порог самого заведения я переступала с опаской. В лицо тут же дохнуло чадом от очага, прогорклым жиром и выпивкой. Оглушили голоса и смех многочисленных посетителей. Похоже, постоялый двор на правах единственного центра здешних развлечений пользовался огромной популярностью. За грубыми деревянными столами сидели посетители, а хорошенькие разносчицы, в основном человечки, обслуживали столики, кокетничая с гостями и принимая шлепки по ягодицам. Я поморщилась, отыскивая глазами хозяина.
Знакомый охранник, которого, как я помнила, звали Пирл, сидел сейчас за стойкой, лениво оглядывая помещение. Господина Дамьена нигде не было, и я решила обратиться к орку. Едва оказалась в поле зрения посетителей, как меня оглушили свист и похабные возгласы:
— Эй, красотка, к нам иди!
— Рыжая, выпить хочешь?
— Крошка, давай развлечемся!
И прочее в том же духе. Поморщившись, постаралась не обращать внимания и продолжила путь. Кто-то обхватил меня за талию, когда проходила рядом и, не успев опомниться, я оказалась на коленях у хохочущего мужика.
— Посмотрите, какую я рыбку поймал!
— Пусти! — процедила я, с досадой отмахиваясь от норовящих меня облапать рук.
Разумеется, мой протест остался без внимания, тогда я красноречиво покосилась на свое плечо, где на мантии пламенела эмблема военного факультета.
— Если не хочешь, чтобы я в тебя парочкой заклинаний зарядила, руки убери!
Конечно, я отчаянно блефовала. Заклинания мы будем учить только на втором курсе. Да и то, не уверена, что с моим нулевым запасом магии хоть одно бы подействовало. Но мужик ведь об этом не знал — вдруг прокатит.
— Ух, какая грозная человечка! — просюсюкал пьяница с фальшивым уважением. — Небось, у дружка своего одолжила одежку, — добавил он и бесцеремонно полез мне под мантию.