Если я говорю что-то делать, ты не задаешь глупых вопросов, а делаешь. Это понятно?
— Послушайте, я бы все же хотела понять…
Самоходный экипаж резко остановился, меня чуть не ударило о лобовое стекло.
— Выметайся! — прошипел декан. — Считай, что теперь ты сама по себе. И когда за тобой придут, не надейся на помощь.
— Кто придет? О чем вы? — от его слов веяло чем-то неуловимо гнетущим. И самое страшное: я чувствовала, что он не врет.
— Выметайся, я сказал, — не глядя на меня, бросил он, постукивая пальцами по панели управления.
— Я согласна на ваше условие, — глухо сказала я, постаравшись запрятать гордость куда подальше.
— Отлично, — он, похоже, и не сомневался, что я соглашусь. Снова завел машину и направил дальше.
Видя, какой дорогой мы едем, я начала понимать, что, похоже, везет в Арклан. Но зачем? Так, ладно, с вопросами потом. Все равно нет смысла их задавать этому напыщенному уроду. Проигнорирует. Или взбесится и точно высадит меня и предоставит собственной участи.
— Второе условие: все, что произошло вчера, и все, о чем мы будем говорить с тобой в личных беседах, должно остаться только между нами. Об этом не говорить никому. Ни твоим приятелям, ни любовникам, ни кому-либо еще, — произнес декан сухо.
— Согласна, — мне многое хотелось высказать ему. Особенно выразить негодование по поводу «любовников». Он что и правда считает, что со мной только ленивый не спит?! Но постараюсь засунуть обиду туда же, куда и гордость. Все равно этому мерзавцу плевать на мои чувства. Они его только позабавят.
— Третье условие: не задавать вопросов. Если я что-то пожелаю тебе сказать, сделаю это сам.
— Не задавать вообще? — уточнила я, прищурившись. — Вы вроде бы мой наставник. Если я что-то не пойму из ваших объяснений, то тоже нельзя спрашивать?
Он метнул на меня недовольный взгляд.
— Ладно, уточню формулировку: не задавать вопросов о том, что тебе не нужно пока знать.
— А как я узнаю о том, что мне пока знать не нужно? — наглела я, уже явно издеваясь над ним. Но эта гномья задница вполне это заслужила!
Декан грязно выругался и в ответ на мой возмущенный взгляд процедил:
— Не нарывайся, девочка!
— Ладно. Я поняла вас, — решила я поиграть в паиньку. — Объяснять, почему вы мне помогаете, не станете. И спрашивать об этом бесполезно, да?
— Абсолютно, — мне захотелось его придушить за снисходительный взгляд.
— Что ж, — я глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться, — поняла. Но спросить о том, куда вы меня везете, можно? Или это тоже входит в запретный список?
— Мы едем к твоей матери.
Собственные переживания мигом отошли на второй план. Я с силой сжала подлокотники сиденья и уставилась на декана яростным взглядом.
— Это вам мне придется объяснить. Во-первых, откуда вам вообще известно о моей матери.