Непосредственно торжество начиналось в три часа дня, а до того времени каждый занимался чем ему вздумается. Даже Шейрис сегодня отошла от привычного распорядка дня и утром не пошла на пробежку. Аргументировала это тем, что нужно выспаться как следует для того, чтобы поразить всех на балу своей неземной красотой. Памятуя об этом желании, я не стала ее будить даже в девять, когда проснулась сама.
Парни еще тоже дрыхли, хотя сомневаюсь, что они руководствовались теми же побуждениями, что и Шейрис. Просто поспать любили, даже в ущерб тренировкам. У меня же сна не было больше ни в одном глазу. А просто лежать и смотреть в потолок, прислушиваясь к ровному дыханию спящих, не особо прельщало. Поэтому, стараясь двигаться как можно тише, чтобы никого не разбудить, я вынырнула из теплой кроватки и отправилась приводить себя в порядок.
А уже через полчаса, облаченная в спортивную форму, бодренько так потрусила на пробежку во дворе. Непривычно было в такое время видеть пустые коридоры общежития. Редкая птаха наблюдалась и снаружи. Все добросовестно использовали редкую возможность ничегонеделанья. Да и, по правде сказать, погодка тоже не особо способствовала желанию высунуть нос на улицу. Зима все больше вступала в свои права, принося с собой холода и пронизывающий ветер. Хорошо хоть двор регулярно расчищали дежурные старшекурсники, и не нужно было проваливаться в сугробы на каждом шагу.
Но с холодом я всегда была на ты, поэтому жаловаться грех. И вскоре я уже потрусила привычным маршрутом, огибая гигантский круг вдоль территории двора. Кроме меня, других желающих улучшить свою физическую форму не нашлось. Чему я даже обрадовалась. Настроение у меня было меланхолически-задумчивое. Плохие мысли я упорно гнала, вызывая в душе философское отношение к жизни. Будь что будет. Я приму все, что принесет мне этот нелегкий день. В том, что он будет нелегким, я даже не сомневалась. Наблюдать за тем, как ректор на балу уделяет все свое внимание очаровательной принцессе — это уже испытание не из легких. А уж знать, что завтра он отправится вместе с ней в первый темный мир, чтобы объявить себя претендентом на руку и сердце Лаурны, и вовсе было мучительно. Хотя я сама же этого хотела и винить во всем могла только себя. Но что-то утешало это плохо…
Вздохнув, я ловко перепрыгнула заледеневший участок дороги и постаралась сосредоточиться только на беге. В упор смотрела вниз, следя за тем, чтобы не сбиться с ритма, регулировала вдохи и выдохи. Постепенно удалось отрешиться от посторонних мыслей. И я даже начала получать удовольствие от бега. Тело казалось легким даже без применения моих особых способностей. Я чувствовала себя единым целым со всем миром, и это ощущение мне нравилось.