— Но тебе нужно быть решительнее в проявлении чувств. А то уведут! — пошутила я, но он принял все за чистую монету, и его лицо стало несчастным.
— Я никогда не осмелюсь…
— Вот над этим нужно будет поработать, — менторским тоном заявила я и потянула рыжего к ближайшему костру. — Пойдем, нужно помочь остальным!
Когда трапеза была готова, все собрались у костров и стали с аппетитом поглощать запеченные клубни и яйца, орехи, ягоды и другие дары леса, что мы сумели отыскать. Ради приличия мы пригласили и преподавателей, и те не стали отказываться. За едой как-то забылись и усталость, и тревоги из-за того, что может ожидать нас в пограничном лесу. Мы шутили, смеялись и беседовали. А в лесу все темнело, и вскоре уже лишь свет костров и далеких звезд, пробивающийся сквозь лесные своды, озарял сгустившуюся вокруг мглу.
Декан прервал поднявшийся шум своим звучным громким голосом:
— Настало время поближе познакомиться друг с другом. Сейчас пусть каждый из вас по очереди расскажет о себе главное. Имя, фамилию, социальное положение, те способности, о каких вы уже знаете. Мы должны хорошо знать, чего ожидать от каждого на данном этапе.
Немного смущенные, мы переглядывались. Никто не хотел начинать первым. Декан разрешил дилемму, указав рукой в сторону Кристора.
— Наше юное рыжее дарование. О ваших способностях мы уже знаем. Назовите свое имя для тех, кому оно еще неизвестно. Потом пусть речь подхватит сидящий слева от вас.
Кристор, радуясь, что легко отделался и ему достаточно будет назвать лишь имя, поспешил сказать его и передать инициативу Шейрис. Сверкнув белозубой улыбкой, девушка произнесла свое имя так, словно в ней не менее чем королевская кровь, и сказала, что оба ее родителя чистокровные дроу. И что у нее слабенькие стандартные способности, как и у большинства дроу. Вернее, их зачатки, которые, если их не развивать, вполне себе могут тихо мирно спать всю жизнь.
— Что побудило вас поступить именно на военный факультет, адептка Ольбин? — осведомился декан, глядя на нее со снисходительной улыбкой.
— Я всегда об этом мечтала! — честно призналась девушка. — Стать воином или стражем, защищать слабых и сражаться за благое дело!
Лорд Байдерн неопределенно хмыкнул, а затем как-то жестко произнес:
— Полагаю, когда вы на самом деле столкнетесь с необходимостью сражаться за это самое благое дело, ваш энтузиазм несколько поубавится. Молитесь лишь, чтобы не закончить как наш прославленный ректор.
— В каком смысле? — пролепетала растерянная Шейрис.