В процессе обучения вы не раз будет сражаться с другими командами. Результаты каждого на занятиях будут тоже учитываться. Все ваши оценки по командам будут суммироваться и по итогам будет учитываться именно этот средний показатель. Так что в ваших интересах помогать остальным членам пятерки.
Мы снова были ошарашены. Одно дело отвечать только за себя, другое — знать, что от твоего результата зависит успеваемость других. Я заметила, что на меня теперь косятся еще более враждебно, чем раньше. И я прекрасно понимала, почему. Никому не хотелось в команду такое слабое звено, как я.
— А как будут распределяться команды? — неуверенно спросил один из адептов.
— Мы с кураторами посовещаемся и решим, — улыбка декана, больше напоминающая оскал, навевала не особо хорошие мысли.
Уже зная, как эти четверо любят издеваться над студентами, мы не сомневались — предстоит много неприятных сюрпризов.
Преподаватели дружно поднялись с места и отошли к другому краю поляны, чтобы мы не могли их слышать. Говорить всем резко перехотелось. Все настороженно смотрели друг на друга, пытаясь догадаться, кто с кем попадет в связку. Я от души надеялась, что хотя бы один из друзей окажется со мной. Хотя, сомневаюсь, что им бы хотелось того же. Я просто груз, бесполезный и мешающий. Именно так меня все наверняка воспринимают.
На вернувшихся к нам преподавателей мы теперь смотрели, как на судей, которым сейчас предстоит огласить вердикт.
— Мы постарались распределить адептов по справедливости. Чтобы в каждой пятерке были не только сильные, но и слабые, — скучающим тоном заговорил декан. — Как вы понимаете, возражения и протесты не принимаются. Запомните первое правило нашего факультета — преподаватель всегда прав! Если вы с этим не согласны, жизнь ваша будет здесь нелегкой и недолгой. Надеюсь, это ясно?
Послышался нестройный хмурый хор голосов:
— Ясно, лорд Байдерн.
Когда два дроу-аристократа, Эльмер и Агрин, с которыми Лоран успел найти общий язык, не попали в связку с ним, физиономия у него явно погрустнела. Я порадовалась, что эту троицу разделили на разные команды. Иначе они стали бы совершенно несносными.
— Лоран Вильмос, — вновь начал зачитывать декан с листка, который держал в руке, — Эдвин Горд…
На последнее Лоран отреагировал легким хмыканьем.
— В принципе, я к нему привык уже, — проворчал он. — Могло быть и хуже.
Эдвин же явно был рад, что ему не придется разлучаться с кузеном, его лицо осветилось улыбкой.