Как мрачной черной тенью пролетела по кричаще ярким коридорам, наполненным пошлыми стонами и звуками влажных шлепков совокупляющихся тел… В сознании ярким росчерком отпечаталось насмерть перепуганное, расплывшееся лицо толстяка, отмеченное печатью порока и давно утраченной человечности… Его кровь была густой и мерзкой на вкус… Голос, напоминающий визг поросенка, резал мой чувствительный слух… Я в ярости залепила ему пощечину, чтобы заткнулся, чтобы почувствовал мой гнев… С некоторым удивлением проследила за тем, как дернулась его голова, и повисла на кусочке кожи, почти отделенная от шеи, и отстраненно подумала, что чуток перестаралась. Впрочем, мой враг в любом случае уже был трупом. Я выпила его полностью и опьянела от давно забытого чувства полного насыщения. Когда в последний раз я позволяла себе столь необдуманное пиршество? Не помню… Хорошо, что в этом мире нет инквизиторов, готовых броситься за мной в погоню… А кто есть? Не знаю… Знаю лишь, что где-то там, вдалеке, меня ждет мой муж, в руках которого я смогу успокоиться и забыться…
Уставшая и морально опустошенная, я снова выпорхнула на улицу, краем сознания отметив кучку мужчин, незаметно пробиравшихся в бордель. На мгновение показалось, что они заметили меня и проводили напряженно-изумленными взглядами, но мне уже было все равно. Я стремилась вернуться к Бьерну. Мне необходимо было вновь ощутить его тепло.
Оборотень по-прежнему крепко спал. Удивительно, но он даже не почувствовал, что я уходила. Когда я прижалась к его горячему боку, он лишь удовлетворенно вздохнул и, крепко обняв, притянул мое трясущееся от нервного озноба тельце ближе. Его ставший столь желанным и родным запах окутал меня, накрыл ощущением покоя и безопасности. Очень быстро согревшись, я расслабилась и вырубилась…
А утром проснувшийся Бьерн шокировано рассматривал мое покрытое чужой запекшейся кровью тело, а я смущалась и краснела под его суровым взором.
— Ну, Василена Алависта Хардрунн, как это понимать? На тебе явно не моя кровь, дорогая, хотя мы договаривались, что «кормить» тебя буду только я. Мне пора ревновать? — строго вопрошал он, обходя меня по кругу.
Тяжко вздохнув, я рассказала обо всем, что произошло ночью. Точнее, обо всем, что смогла вспомнить. Теперь идея подставить хозяина гостиницы, спрятав трупы у него в чулане, уже не казалась мне такой гениальной, напротив, я поняла, что тупо подставила всех нас. Бьерн это тоже понял и громко выругался.
— Собирайся, Василена, и вели собираться Ришане и эльфу. Я постараюсь как-то уладить все, но не исключено, что уходить придется быстро и незаметно, — распорядился он и решительно вышел из комнаты.
Я снова вздохнула. Мне, собственно, и собирать-то было нечего. Я знала, что надолго в Армад-Исте мы не задержимся.