Сейчас тебе лучше отдохнуть, в тишине и покое, в обществе мужей. Я позабочусь, чтобы тебе принесли легкие и полезные кушанья! А после, мы обсудим бракосочетание. Нужно провести его как можно скорее, чтобы было как можно меньше волнений и тревог.
Эта невероятно деловая женщина легко перехватила бразды правления в свои руки, наслаждаясь процессом командования и чувствуя себя в этот момент так же привычно и легко, будто была генералом на плацу.
И я совершенно не возражала против того, чтобы отдать инициативу в ее руки. Меня ждало куда более важное дело: окончательно принять свое изменившееся положение и разобраться в изменениях, произошедших с моим телом.
Теперь я начала понимать, откуда растут ноги всех тех странностей в поведении и желаниях, которые так смущали меня раньше. Все обрело смысл. И теперь любой, даже самый эксцентричный каприз я могла списать на свою беременность.
Шиан снова подхватил меня на руки, вызвав волну возмущения и недовольства со стороны остальных моих мужчин — теперь каждый из них считал, что именно он должен носить меня на руках, но наг нагло воспользовался правом хозяина дома. Преодолев половину дома (я с удовольствием воспользовалась моментом, чтобы рассмотреть все, что смогла, и сразу наметила несколько уголков, в которых обязательно должна побывать позже!), он занес меня в просторную и светлую комнату с открытым широким балконом, отделенным от основного помещения изящными колонами и тончайшими, прозрачными занавесками золотистого цвета. Взгляд тут же остановился на огромном круглом ложе, расположенном в центре комнаты, огражденном свисающими с потолка такими же нежными, но уже белыми занавесками-балдахинами. Мебели здесь было немного. Лишь низкие столики, рядом с такими же низкими диванчиками. И подушки! Очень… очень много подушек, разбросанных по всей комнате, прямо по устланному пушистыми коврами полу. А так же горшки в цветами. Словно это и не комната вовсе, а небольшой личный садик.
Как выяснилось позже, здесь еще было множество шкафов и полочек, но их так умело спрятали в стенные ниши и закрыли узорчатыми резными ширмами, что они на первый взгляд казались совсем незаметными.
Мне очень хотелось поговорить с каждым из своих мужей наедине, о чем я сразу и сообщила. Мужчины тут же оживились, нашли, чем себя занять и разошлись, оставив меня с Бьерном — моим первым мужем и без всякого сомнения, одним из самых особенных, из моих любимых мужчин.