Темная адептка Лэсарт изумительна своей тонкостью и мастерством. Ее обучение в школе боевых иллюзий выходит за рамки обычных способностей, вызывая шок даже у опытного магистра Альсара Риольского. Несмотря на трудности с экзаменом по собственному желанию, Лэсарт продолжает проявлять необычайный дар и талант в создании иллюзий....
Мы посторонились не так чётко, всё-таки костыли даже здоровым мешали. Боевой грифон приземлился, обдав нас порывом ветра, мерзкий скрежет когтей по брусчатке пробирал до дрожи, впрочем, интерес к ним был тут же утрачен, едва мы рассмотрели всадника. На спине боевого грифона восседал не кто иной, как главнокомандующий Тёмного Альянса.
Во дворе гарнизона стало тихо, можно было расслышать говор, доносившийся из соседней казармы. Боевые маги молчали, что касалось выпускников Школы Иллюзий и Преображения, то мы и дышать старались через раз, втайне мечтая, чтобы туман уплотнился и сделал наш позор не таким заметным.
"– А я предупреждал, что это плохая идея, – прошептал мне на ухо эссир Ройс и как ни в чём не бывало направился к Первому паладину Мрака.
Не дойдя до цели нескольких шагов, Натан Ройс остановился, в приветственном жесте ударил себя кулаком в грудь и отчеканил:
– Главнокомандующий Льен, выпускной курс Школы Иллюзий и Преображения в количестве двадцати адептов по вашему приказанию в Карагат прибыл.
Чтобы посмотреть в лицо главнокомандующему, эссиру Ройсу пришлось задрать голову. Инкуб не был коротышкой – не ниже меня так точно, – но сейчас он казался совсем крошечным. Наверняка причина крылась в паладинском доспехе, металлические пластины и панцирь превращали лорда Адаманта Льена в бронированного исполина. Рядом с прямым потомком первых демонов даже адепты боевой магии казались неоперившимися петушками на прогулке.
Ни один доспех не в силах зажечь в чужих глазах чистый восторг. Я видела, с каким обожанием взирали на своего кумира боевые маги Карагата. Ведь это был сам лорд Адамант Льен – живая легенда Тёмного Альянса. Даже меня, далёкую от военных дел, при виде его начало потряхивать.
С прибытием лорда Льена на меня накатило ощущение чего-то неотвратимого и судьбоносного, словно вот-вот случится нечто очень важное. Те же самые эмоции сейчас испытывали все присутствующие во дворе, невзирая на пол и принадлежность к учебному заведению. На нас влияла аура главнокомандующего.
