– Яромира, ты не понимаешь! Это не твой мир, – сдавленным шепотом он выдохнул мне в лицо. – У нас подобное в адрес женщины не допустимо!
– То, что ты сейчас делаешь, в вашем обществе не допустимо, Нейтон, – он дернулся, но отступил, а вот мне вдруг захотелось, чтобы было совсем наоборот.
Неужели он не видит, что нравится мне? Не так, как Колин. Некромант друг, брат, а Эттвуд… Это что-то большее. Есть в нем какая-то неведомая сила, притягивающая меня. Может недоступность? Тайна? Почему он себя так ведет? Он точно не равнодушен, но каждый раз, когда казалось бы, он делает мне шаг навстречу, то тут же удирает на километр назад. Это раздражает и манит невероятно.
– Извини, я несу за тебя ответственность и не хочу, чтобы ты подвергала себя лишнему риску. Любовница кого-то из высших чинов Бюро это лакомый кусочек для любого преступника из подобной шайки. А я не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Ты и так мишень для одного убийцы, не хотелось бы, чтобы за ним выстроилась очередь.
– Во-первых, мы не знаем, мишень ли я, а во вторых, я могу за себя постоять. Ты знаешь, – ответила я, и к счастью, мы дошли до кабинета Либрема.
Куратор задумчиво покачивался в кресле и что-то черкал на листке. И я не сказала бы, что он недоволен. Скорее растерян. Но при виде нас он быстро собрался и даже нацепил высокомерную маску, а потом одумался и стал просто немного отстраненным.
– Слухи, префект Темная, распространяются чересчур быстро… Как оказалось. Поэтому нам предстоит придумать, как их опровергнуть. И времени у нас… Несколько минут, пока мы идем к командору.
Сказать, что он меня озадачил, это ничего не сказать. Я просто не ожидала, что произошедшее вообще выйдет за пределы Алькарика. Мысли сначала заметались испуганными птицами, а потом, после пары вдохов-выдохов успокоились. Вообще, какого черта я переживаю? У меня почти каждая минута жизни со свидетелями. Да та же Мартина почти всегда со мной рядом, а когда ее нет, то либо парни, либо Нейтон, либо Колин, а даже если я одна, то это чаще всего дома… У Колина! Куда ни один здравомыслящий человек не придет по собственной воле. Я широко улыбнулась, от чего мои спутники чуть было не шарахнулись по сторонам. Их сдержало только то, что мы достигли цели.
Командор Стокли походил на двойника Бернса. Сразу возникло впечатление, что на такую должность есть отбор не только по опыту, заслугам и внутренним качествам, но и по внешним признакам.
– Вольно, – махнул он нам, – присаживайтесь. Обсудим сложившуюся ситуацию.
Мы сели, и в кабинете воцарилась тишина. Командор смотрел на каждого, изучая его, вот только если внешне он выглядел суровым и весьма сердитым начальником, то где-то в глубине его глаз царило невероятное веселье. Он над нами просто прикалывался, разыгрывая негодование.