В темном углу дома героиня с трудом вставляет новый магазин для оружия. Дождь градом сыплется по окну, придавлива к стене. Она знает, что на улице находится опасный мужчина, но не думала, что сегодняшнее знакомство будет так запомниться...
Суть вообще вылетела из кабинета, сделав мне страшные глаза. Сток же перекладывал вещи с места на место, наливал чай, наводил порядок, и все это сопровождая криками: «Как ты мог! Я же сто раз тебе говорил, что Битс тот еще урод, и испортит нам карьеру! Мы же с тобой с курсов вместе! Почему ко мне не пришел! Да лучше бы ты Эттвуду сказал! Найджел, ты придурок!». Поток его красноречия не иссякал, и уже на всех столах был порядок, и на каждом стояла полная чашка, а Локуэл даже не собирался угомоняться.
– Сток, сядь! – не выдержал Нейтон.
– Так точно, сэр, – с пустым взглядом мужчина мало отличался от трупа, что недавно допрашивала я.
– Кто отдал приказ нанять Битса для устранения Темной и Либрема? И зачем? Ведь ты сам ее спас незадолго до этого? Я должен знать все! Мы должны знать!
В кабинете воцарилась тишина. Найджел кусал губы, смотрел на меня исподлобья, и я видела, как ему не по себе. Словно в нем борются две противоположно настроенные личности.
– Приказ отдал верховный служитель единого, его уста, его глаза, его проводник. Передал он через посланника единого в Кэннорлене, несущего свет знаний и прощения тем, кто вступит на истинный путь, – фраза, сказанная им как заученный стишок, повергла всех в шок. – Посланный Гунс не смог завершить дело братьев, и не сможет отправиться к отцу нашему. Она осквернила его тьмой, – он повернулся ко мне. – Я же должен был стать другом, а лучше способа, чем спасти кого-то от смерти – нет.
– Но я думала, что ты хорошо ко мне относишься намного раньше! – не выдержала я. – Как ты мог быть таким двуличным? Неужели твой единый это позволяет?
– Он поощряет любыми способами бороться с тварями, презревшими единого, привечавшими тьму, – безэмоционально ответил уже бывший коллега.
– Но… Мы же оставались одни много раз, у тебя было много возможностей убить меня?
– Я тебя спас. Ты мне доверяла. Я же тихий.
