В хрустальных вазах праздника тонкий супруг видит будущее, когда его свекровь начнет собирать чемоданы. Такие же кошмары привидятся секретарше унывному шефу, когда он предложит подписать авансовый договор на дружбу. Волшебные слова здесь не просто слова любви или работы - они могут стать призывом к личной ответственности в самых невероятных ситуациях....
Когда и нами, и милицией было установлено, что никто из посторонних не мог похитить оружие, он сразу свернул наше расследование. Думаю, что продолжил он его только потому, что не смог выдержать неизвестности. Так?
— Да, так. Он решил, что лучше знать что предал кто-то один, чем подозревать всех и всю жизнь. Это тяжелое решение.
— Согласен. Но почему он думает, что его кто-то предал? Может быть, как раз наоборот — защитил? Не исключено, что информация, которую готов был сообщить Коваленко, при небольшом извращении становилась совершенно губительной.
— Константин Федорович с тобой согласен?
— Нет. Он старый розыскной зубр и считает пистолет не женским орудием.
— Насчет пистолета, прав твой зубр. Дамочки стрихнину в кофе подливают, — вздохнув, кивнула я.
— Или, как максимум, подсвечником по голове, — вставил Андрей.
— Скорее сковородой, — добавила я и сняла тему. — Вариант заказного убийства вы рассматривали?
— А как же. Обкатали по все показателям. И если бы не пропавший пистолет Кутепова, эта версия, пожалуй, устроила бы всех.
— Тогда поговорим об алиби родственников? — мне уже давно расхотелось называть молодого детектива «Андрюшей». Сидя лицом к лицу, я заметила, что вокруг глаз собеседника собрались морщинки усталости, возле губ залегли тяжелые складки и молодость его, всего лишь видимость. Пожалуй, он старше меня года на три, а то и на четыре.
— Самое занятное, — усмехнулся Андрей, — что алиби есть у всех. Непробиваемое, абсолютное, и даже коллеги из милиции не смогли разыскать ни малейшей дырочки. Все были на глазах у кого-то. В эту минуту, в эту секунду, в этот час.
— Значит в доме сообщник, — убежденно сказала я.
— Значит сообщник, — согласился Андрей. — Но не надо забывать, что никто кроме самого Михаила Петровича крепких связей в нашем городе не имеет.
