Юлия вернулась домой сломленной жизнью, но не потеряла способность причинять боль окружающим. Её дочь Вика выросла без матери и теперь должна решить, простить ли ей прошлое или окончательно разорвать связь. История о том, как семейные травмы формируют судьбы и можно ли исправить содеянное.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Темная сторона души»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Юлия вернулась домой сломленной жизнью, но не потеряла способность причинять боль окружающим. Её дочь Вика выросла без матери и теперь должна решить, простить ли ей прошлое или окончательно разорвать связь. История о том, как семейные травмы формируют судьбы и можно ли исправить содеянное.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Юлия вернулась домой сломленной жизнью, но не потеряла способность причинять боль окружающим. Её дочь Вика выросла без матери и теперь должна решить, простить ли ей прошлое или окончательно разорвать связь. История о том, как семейные травмы формируют судьбы и можно ли исправить содеянное.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
«Десять… двадцать…. сорок, – со все возрастающим уважением считала Маша. – Надо же… Интересно, что теперь?»
Объект ее любопытства исчез в доме, но появился спустя несколько секунд, держа в руках эспандер. Он растянул его плавным движением, выдохнув, свел руки вместе и снова развел. Во двор вышел молодой парень, что-то сказал спортсмену, а тот, к удивлению Маши, обернулся и уставился на ее окно. Маше стало и неловко, и смешно. Торопливо кивнув, она собиралась отойти в глубь комнаты, когда с первого этажа раздался крик. Кричала Ирина.
Сбежав вниз по лестнице, Маша обнаружила все семейство Егоровых, кроме Димки. Вероника с Митей застыли в дверях, за столом сидела, развалившись на стуле, Юлия Михайловна, а перед ней стояла Ирина, тряся крепко сжатыми кулачками.
– Вы… вы… – всхлипывала Ирина. – Не смейте так говорить, никогда!
– Ручонки убери, истеричка, – брезгливо бросила Юлия Михайловна.
– Ира, почему ты кричала? – бросилась к дочери Вероника. – Мы подумали, что-то случилось…
Митя в дверях не сводил глаз с ее матери. Юлия Михайловна со скучающим видом отвернулась и стала смотреть в окно, за которым по траве бродили упитанные белые курицы.
– А вот и случилось! – с надрывом выкрикнула Ирина. – Она мне сказала, что я никогда в институт не поступлю!
Юлия Михайловна покачала головой и откинулась на спинку стула.
– И все? Ты из-за этого раскричалась? – недоуменно спросила Вероника. – Ира, да что с тобой?
Она погладила дочь по спине, но Ирина дернулась и отошла в сторону.
– Ты у нее спроси, – кивнула она в сторону женщины на стуле. – Да, спроси, что она мне наговорила! Я… я даже слушать такое не могу….
Голос ее задрожал, она опустилась на стул и уткнулась лицом в ладони."
"– Юля, что здесь произошло? – повернулась Вероника к матери. – Что здесь случилось? – повторила она, повышая голос.
Юлия Михайловна помолчала, потом пожала плечами и усмехнулась.
– Дочь ты вырастила истеричкой, вот что случилось, – объяснила она, разглаживая широкими ладонями сбившуюся скатерть. – Подумаешь, ну сказала я ей, что на нее мужики западать не будут… Другая бы ум свой навострила, совета попросила, а твоя – орать принялась.
– Вы не только это сказали, – всхлипнула Ирина. – Вы еще про папу гадость сказали!
– А ты, Иринка, меньше слушай гадости, – вступил в разговор Митя, и все повернулись к нему, кроме матери Вероники. Маша аккуратно отступила за дверь, чтобы не быть непрошеным свидетелем семейной сцены. – И, пожалуйста, больше нас с мамой так не пугай. Пойдем.
– Кстати, оба ваших дурачка сейчас торчат под окном, – хрипловато хохотнув, сказала им вслед Юлия Михайловна. – И подслушивают. Выпороть бы обоих, да все равно ума не прибавится.
