Автор
Вот описание для сайта-библиотеки, соответствующее вашим требованиям: Начало девятого месяца тысячи четырехсот двадцатого года — время перемен и чудес. Младшая дочь шляхтича Соболевского, Магдалена Марианна, берет с собой в далекий монастырь святой Клары желтоглазого необыкновенного дрозда. В пути чудеса случаются один за другим — и сам воздух наполнен ожиданием непредсказуемых событий, когда даже самый обычный день может стать невероятной сагой....
Ее хватали за руки, за плечи, за пояс, женщины стремились коснуться ее платья, дети таращились на нее, словно она была по меньшей мере святая, и никто — что было хуже всего — не закрывал рта, считая необходимым проводить ее каким-либо глубокомысленным напутствием.
— Ну, девка, не попади в беду снова!
— Ишь ты, какая!
— И рыжая, глянь!
— Ну и боец у тебя! Ты небось его здорово взбодрила, а? На своей постели!
— Молчи, дурак: не видишь, барышня приличная.
— Что приличная, что нет, все едино.
— Езус, Мария! Вот это поединок!
Мадленка пожимала руки и улыбалась, глядя одновременно, как бы не оступиться и не упасть среди этого моря жадных глаз и разинутых ртов, от которого несло кислым запахом пота. Она очень волновалась за красивое платье и была довольна, что сделала такую практичную прическу, которая не растреплется. Запыхавшаяся и с румянцем на щеках, она наконец предстала перед князем и епископом. Пан Кондрат, казалось, был чем-то недоволен.
Теперь, когда твоя невиновность доказана, -возгласил епископ, — ты должна поклясться, что не держишь зла на князя Яворского, ибо он не имел никакого намерения оговорить тебя или каким-либо образом причинить тебе вред. Точно так же и ты, князь, обязуйся впредь не преследовать девицу Соболевскую своей клеветою и не держать на нее зла за то, что она победила тебя.
— Я не держу зла на князя, — объявила Мадленка, про себя присовокупив: «Хоть бы он утоп!»
— И я не держу зла на тебя, Магдалена, — буркнул Август, на ее взгляд, не вполне убедительно.
Епископ слащаво улыбнулся.
— Это все? — нетерпеливо спросила Мадленка. -Я свободна?
— Свободна, как ветер, — подтвердил князь Доминик. Толпа в это мгновение снова загудела.
— И больше никто не будет меня допрашивать? Никто и никогда? — недоверчиво говорила она, и ее взгляд перебегал с князя на епископа и обратно. — Я и в самом деле совсем, окончательно свободна?
— Решение божьего суда нерушимо, — важно сказал епископ, сцепив пальцы поверх объемистого брюха.
— Да ну? — изумился Франтишек, подошедший к ним и слышавший последние слова прелата. — Что-то не верится, отче. Вы причинили моей госпоже столько неприятностей, кто его знает, что вы еще там измышляете… Вы меня простите, но я человек прямой и говорю прямо.
