В тиши темных московских ночей, где агентам сложно выследить соперника — не говоря уже о том, чтобы его услышать — Курочкин двигался бесшумно, словно на мягких войлочных тапочках. Его крепкое телосложение и вдумчивость делали из него незаметного снаряда, а осторожность помогала ему всегда знать, где находится следующий препятствие....
Начались бессонные ночи, затяжные рейды по тылам противника, охота на языков, засады, диверсии.
Став командиром роты, он познакомился с Иваном Старцевым. Его прислали взводным из соседней дивизии. В разведке Ванька сразу пришелся ко двору. Человек обстоятельный, деловой, надежный. Такому поручи любое дело и можешь не беспокоиться, он выполнит. Вскоре Старцев стал вторым человеком в роте и, по сути дела, заместителем Василькова, хоть такая должность боевым расписанием и не предусматривалась.
К середине войны сложно было вспомнить все успешные операции, проведенные этими удачливыми офицерами.
Эти пацаны не виделись полжизни. Точнее сказать, целое лето, а то и чуть дольше.
После этого высокий и лысый парнишка вдруг спросил:
– Слушай, а чего это братец твой Эдик дрыхнет и в школу не собирается? Я второй раз к тебе утром захожу, а он все валяется.
– Работает по ночам, устает, не высыпается, – без особого энтузиазма ответил конопатый товарищ.
– Где это он работает?
– На заводе.
– На номерном или на гражданском?
– Не знаю. Вроде на ЗМА.
– На каком еще ЗМА?
– Завод малолитражных автомобилей.
– Нет в Москве такого завода.
– А вот и есть! Он новый. Его только строят, и Эдик ходит расчищать пустыри под цеха.
– Нет такого завода! Не хочешь рассказывать про своего старшего брата, ну и не надо. А врать не обязательно!.
Позади Василькова разгоралась перепалка. У подростков часто такое случается. Сейчас друзья не разлей вода, а через минуту из-за сущей ерунды бросаются в драку."
"Медленно продвигаясь вместе с очередью к дверям магазина, сыщик размышлял о расследовании и не обращал на мальчишек внимания. Но внезапно разговор на повышенных тонах прервался. Друзья перешли на шепот, и Александр поневоле прислушался.
– Ладно, тебе одному скажу, – доверительно произнес конопатый.
