В тиши темных московских ночей, где агентам сложно выследить соперника — не говоря уже о том, чтобы его услышать — Курочкин двигался бесшумно, словно на мягких войлочных тапочках. Его крепкое телосложение и вдумчивость делали из него незаметного снаряда, а осторожность помогала ему всегда знать, где находится следующий препятствие....
Пока ехали в машине в управление, он окончательно дозрел, надул губы и изредка шмыгал носом. Старцев, сидевший рядом с водителем, про себя ликовал : «Сейчас прибудем в управление, проведём допросы, начнём оформлять подельников, глядишь через денёк, другой всё станет ясно можно, будет и комиссару Урусову на доклад отправится», - подумал он.
Поначалу действительно всё шло как по маслу. Эдик Хрусталёв особо не запирался, сообщил сколько раз он со своей шайкой нападал на людей, а также поимённо назвал дружков, за которыми тут же отправились Егоров, Горшеня, Баранец.
Потом парень, сквозь слёзы, подробно описывал ночные похождения, а Старцев радостно потирал ладони, узнавая в его рассказах штрихи из некоторых уголовных дел, считавшихся мёртвыми.
Сомнения стали зарождаться минут через сорок после начала беседы, когда услышав вопрос Ивана о награбленных ценностях, Хрусталёв пожал плечами и с наивной простотой проговорил:
- Да ничего у них не брали. На кой ляд оно нам? Не для того мы свой список составляли…
- Какой список? - не понял Старцев.
Эдуард в последний раз шмыгнул носом, насупил брови и пояснил:
- Список гадов и хапуг.
- Каких ещё хапуг?
- Которые отсиживались в тылу, воровали и жировали здесь, пока наши отцы за родину погибали.
Иван переглянулся с коллегами и спросил:
- Твой отец погиб на фронте?
- Под Витебском, - тихо сказал юноша, в марте сорок четвертого.
А у… - Старцев посмотрел в блокнот, - ну да, у Калугина?
- Тоже, в сорок втором без вести пропал, а через два года пришла похоронка - погиб во время новороссийской операции.
- У Величко?
- Да у всех пятерых отцы вернулись, у Величко ещё и старшего брата убили, а у Цетлина на всю семью фашисты расстреляли, его и старенькую бабушку просто раньше поездом из Белоруссии в Москву отправили. Только они вдвоём и выжили.
Иван машинально потянулся к пачке папирос:
- Куришь? - он глянул на юношу, тот отрицательно мотнул головой Старцев вздохнул, закурил бросил на стол коробок, - значит ничего у тех, на кого нападали не брали?
- Вообще ничего, давали по кумполу и всё, ну иногда чуток добавляли, когда особо вороватый попадался или начинали кулаками в ответку махать.
Это признание обескуражило сыщиков, несколько минут назад они полагали, что дело почти раскрыто, а тут такое."
"Старцев послал Егорова на квартиру Хрусталева за списком хапуг. Пока тот выполнял поручение, он продолжал по очереди допрашивать старшеклассников.
