Зельеварша снисходительно хмыкнула:
— Я думаю, как отомстить принцессе и ее фрейлинам.
— Не надо их трогать!
Ее заявление, испугав, хорошенько взбодрило, и, приподнявшись на кровати, я зажгла маглампу.
— Мадлен, не стоит месть подобного риска — за покушение на принцессу смертная казнь. Потерпи немного, отбор почти закончился.
— Элея, я не планирую никого убивать! — рассмеялась соседка. — Просто хочу испортить им настроение накануне бала. Обойдусь без змей или засова на двери в хранилище, устрою шалость, за которую нам ничего не будет.
Я не поверила. И тогда она показала мне инструмент отмщения — полотняный мешочек с шевелящимся содержимым. Оно еще и попискивало!
— Цикады из хранилища. Из них варят отличное зелье для…
— Не надо! Без подробностей! — попросила я поспешно.
Насекомые обычно не вызывают симпатии, но цикады безобидны и даже полезны — сложно представить без их мелодичных трелей летний сад.
Я так и сказала Мадлен, на что она криво ухмыльнулась:
— Ты бы так не считала, попади одна из них в нашу комнату, да еще накануне бала. Принц, иди сюда!
Серый кот вынырнул из-под моей кровати и прыгнул хозяйке в руки. Мадлен заглянула в его огромные глазищи и что-то зашептала. Закончив давать наставления, развязала мешочек и вытрусила его содержимое в широко раскрытую пасть. Шмырь чуть трансформировался, чтобы вместить всех цикад, и выглядел теперь как помесь кота с хомяком.
— Удачи! — пожелала девушка своему необычному питомцу, выпуская его в коридор.
Обернувшись ко мне, лукаво улыбнулась:
— Ну что, Кимстар, нам сладких снов, а нашим врагам кошмаров?
Утро явно недоброе, если проводишь его на ковре ректора.
Ковер, красно-черно-белый, с высоким ворсом и сложным орнаментом, можно разглядывать долго, не надоест, но так делают те, кто виноват. Я же вроде как ни при чем, поэтому приходилось с непониманием и обидой во взгляде смотреть на хозяина кабинета.
Упершись костяшками пальцев в дубовую столешницу, ректор с упоением орал на Мадлен:
— Эддл, я знаю, что это ты!
— И я знаю, что я — это я.
Зельеварша стояла невозмутимая и непоколебимая как скала. Сознаваться в чем-либо она не собиралась.
— Глупая девчонка! Даже я не смогу защитить тебя от принцессы!
— Молись, чтобы твои действия не восприняли как покушение!
— Эддл, я уверен, что это ты!..
И так по кругу, уже немного в других выражениях.
Рикарда Принст, представительница принцессы, мирно посапывала в удобном кресле, периодически просыпаясь, когда ректор менял тон голоса.
