В зале клуба темных, где каждый из магических существ выбирает свою жертву, я страстно желала быть укушенной вампиром. Арк Грегерсон — мой первый взгляд привлек к себе, но теперь понимаю, что настоящая любовь не в его зыбких очках. Я вернулась к своему досадному положению, готовясь стать жертвой, но с другой стороны сердца....
Похоже, «Тёмные не признаются в любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Позади я услышала негодующий девичий возглас:
– Принцесса обещала свой поцелуй, а не метательницы!
– Кромешники выбирают сами, кого целовать, – возразил мужской голос язвительно.
Тьма окончательно заволокла сцену, а в зале, наоборот, посветлело – зажглась часть магламп на стенах.
Внезапный свет озарил неожиданное: целовались не только на сцене, но и среди зрителей! Несколько пар неподалеку совсем забыли о правилах приличия. А еще у принцессы, шепчущей что-то фрейлине, алела с нашей стороны щека. Понятно, что и вторая тоже покраснела…
Фиона разозлилась, что темный поцеловал не ее? Ха, а точнее нужно формулировать условия!
Я старалась не смеяться – уважение к будущей королеве еще не исчезло окончательно.
Перед последним, длительным по времени номером Кристы вклинили выступление еще одной певицы из клуба «Полнолуние». Опытная артистка не обращала внимания на первоначальный галдеж, а делала свою работу. И к началу второй песни, такой же медленной и грустной, как и первая, зал успокоился.
Все-таки Грегерсон молодец. Если бы не импровизированная вставка, спокойный номер сестры не вызвал бы должного эффекта. Зрители его попросту не заметили бы, взбудораженные выступлением Мадлен.
Стоило подумать о Кристе, как она объявилась рядом.
– Элея, отойдем на пару слов.
Ни «извини», ни «пожалуйста», сестренка привычно вежлива.
Не дожидаясь моего согласия, она направилась к боковому выходу из триумфального зала, которым обычно пользовались, когда шли из холла прямиком к сцене, минуя зрительские ряды.
– Твоя сестра пройдет на следующий этап, – заговорил неожиданно Джаред, – но ее никто не выберет. И в Давелию для знакомства с другими кандидатами не пригласят – ни один род не пожелал видеть ее у себя в гостях.
Его заявление потрясло.
– Но как же… она же безумно красива!
Мужчина удивленно вскинул брови.
– «Красота тела – пыль, красота души – россыпи бриллиантов».
Поразительно, но слова древнего поэта в устах Джареда не отдавали пафосом.
– Нас притягивают женщины, которые помогают сдерживать тьму, а не усиливают ее.
– Криста хорошая, правда! Просто она еще не раскрылась!
– В ней слишком много тьмы, Элея.
Я чувствовала, что Джаред не высказал все, что мог, щадя мои чувства, и оценила его тактичность.
– Все ясно… Спасибо, что позволили ей пройти так далеко.
– Элея, – он придержал меня за руку, – пойми, чтобы тьма не поглотила, нужен свет. То, что удержит на краю. Ты – мой свет, Элея.
