В зале клуба темных, где каждый из магических существ выбирает свою жертву, я страстно желала быть укушенной вампиром. Арк Грегерсон — мой первый взгляд привлек к себе, но теперь понимаю, что настоящая любовь не в его зыбких очках. Я вернулась к своему досадному положению, готовясь стать жертвой, но с другой стороны сердца....
Похоже, «Тёмные не признаются в любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Что-то шепча, Криста склонилась ниже необходимого, демонстрируя содержимое декольте. Усмехнувшись, мужчина развязал свой белый шейный платок и вручил ей.
– Благодарю, ваше высочество. – Кокетливо улыбнувшись, моя дерзкая до глупости сестрица подошла ко второму мольберту.
Зазвучала новая мелодия – быстрая, призывная, страстная. Призрачная пара закружилась в любимом танце новобрачных – мерендо. Завязав глаза, Криста принялась рисовать угольной палочкой. Стремительные, размашистые движения завораживали.
А потом я почувствовала, как что-то изменилось.
Наблюдая за сестрой, взмолилась богине Матери, чтобы мне показалось. Но нет, то, как Криста рисовала, отличалось от обычной манеры. Нормальной манеры…
Я поспешила назвать сестру удачливой. Она впала в транс.
Боги, ну за что мне это?!
Я бросилась за кулисы. Но и там не смогла увидеть, что она рисует. Лучше проявить бдительность и прикрыть картину иллюзией.
К моменту, когда закончилась мелодия и художница сняла платок, мне удалось вспомнить один из ее недавних набросков углем – дерево над обрывом и грозу.
Криста недоуменно уставилась на обманку, но вскоре безмятежно улыбалась, когда показывала картину зрителям.
Слава богам, в этот раз обошлось! Осталось взглянуть на рисунок – и можно успокоиться до следующего приступа.
Когда аплодисменты стихли, а художница с платком в руках, как с победным знаменем, спускалась по ступеням, одна из фрейлин выкрикнула:
– Негоже оставлять истинный талант в тени!
На сцене вновь вспыхнул свет.
Некоторые картины я видела, некоторые были новыми. Вот и нашелся тайный альбом Кристы…
– Цветочки, портреты – фальшь! – вновь заверещала девица из свиты принцессы. – Криста Кимстар предпочитает изображать смерть и страдания!
Я схватилась за голову.
В напряженной тишине раздались редкие хлопки.
Лорд Йохенссельский, единственный, кто присутствовал из преподавательского состава университета на этом этапе отбора, поднялся из кресла.
– Великолепно! Ярко выраженная эстетика смерти, – громогласно возвестил он. – Леди Кимстар, вы продадите эти работы для картинной галереи университета?
Как и Криста, я не верила своим ушам.
