В зале клуба темных, где каждый из магических существ выбирает свою жертву, я страстно желала быть укушенной вампиром. Арк Грегерсон — мой первый взгляд привлек к себе, но теперь понимаю, что настоящая любовь не в его зыбких очках. Я вернулась к своему досадному положению, готовясь стать жертвой, но с другой стороны сердца....
Похоже, «Тёмные не признаются в любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Откуда Джареду это известно? Я умирала от любопытства, но брат не спросил.
Вместо этого под град вопросов попала я сама. Сначала показания взял следователь из давелийского спецотдела, затем – коллега Карола. Сам брат что-то быстро черкал в записной книжке. Полицейские в синих и черных мундирах дружно работали, слаженно выполняя каждый свои обязанности.
Интересно, латорийцы в курсе, что делают темные здесь, на месте, казалось бы, банального ограбления? Я бы терялась в догадках, если бы не Джаред, который озвучил свои подозрения, что грабители имеют отношение к повстанцам.
Хм, если они с ними связаны, то, может, и ростовщик тоже?..
Следователь, когда допрашивал меня, в первую очередь поинтересовался, что делала студентка КУМа в «веселых кварталах». Я несколько ершисто ответила, что нуждалась в деньгах, а закладывать собственное имущество закон не запрещает. О странных жестах помощницы господина Корка я умолчала, попросту забыв. Теперь же решила исправиться и сообщила брату:
– И весь вид у нее был какой-то несчастный: бледная, испуганная.
– Связь грабителей с повстанцами еще не подтверждена, а ты уже хочешь приписать к ним и ростовщика, – усмехнулся Карол. – Он занимается темными делишками, несомненно, но поймать его пока не удавалось. На него ничего нет, Элеяра, ничего, кроме слухов. Он ведь может и адвокатов натравить, утверждая, что ты портишь ему деловую репутацию, потому что не хочешь возвращать деньги.
Я испытала досаду.
– В любом случае господина Корка проверят, – утешил Джаред и несколько отстраненно произнес: – Простите, мне нужно отойти.
Отодвинув рукав мундира, он активировал магофон и направился в сторону ломбарда. И вскоре широкоплечая, гибкая фигура скрылась в тени, которую отбрасывал один из старых ясеней.
Брат издал малопонятный звук, и я обернулась.
Он смотрел на меня пытливым взглядом, не мигая и ничего не говоря. Но сколько осуждения и грусти было в его карих глазах! Молчаливый укор – та еще пытка, и до сих пор я не могу выдержать ее, хоть давно уже не ребенок.
– Что? – как всегда, не выдержала я первой.
– Элея, – брат вздохнул, – во что ты влезла?
– Ни во что!"
"Ответила я слишком сердито, так что два давелийца, занимающиеся закутанными в коконы тьмы грабителями, подняли головы. Да и коллеги Карола нет-нет да поглядывали в нашу сторону с любопытством.
– Элея, скажи честно, у тебя проблемы? – Брат понизил голос.
