– Вера, ко мне!
В комнату влетает девушка с полотенцами.
– Сейчас, Виолетта Антоновна. – Я все сделаю. Ой, он идет! Тужьтесь! Надо же: какой крепыш, просто вылетел, я едва поймала. Сейчас, потерпите. Его обмою, потом к вам вернусь.
– Убей его, Вера, – сказала, немного задыхаясь от усилий, но вполне спокойно Виолетта. – Задуши, утопи, но чтобы его не было. Потом выбросишь труп где-нибудь в лесу, подальше от нашего поселка. И чтобы никто не узнал, поняла? Если кто-то узнает, особенно Петя, я сделаю так, что тебя убьют."
"Виолетта широко распахнула по-прежнему чистые голубые глаза. Он опять у нее родился? Этого не может быть! Только не сойти с ума! Она глубоко и размеренно подышала, как после заплыва. Это был сон. К счастью, у нее больше никто не может родиться. Виолетта в изнеможении полежала с открытыми глазами. Сколько лет прошло? Она выбросила эту дату из своей головы. Ей тогда было около пятидесяти, сначала она подумала, что это климакс, оказалось, беременность. Она терпеть не могла предохраняться. Да, больше тридцати лет назад. Интересно, где сейчас Вера, ее верная служанка? Лоб Виолетты вдруг покрылся испариной. Она же никому никогда не доверяла. Почему она не проверила тогда Веру? Выполнила ли она ее приказ? Она убила того ребенка? Виолетта даже не знает, мальчик или девочка у нее родился. Они обе говорили просто: «ребенок». И потом Виолетта у Веры никогда не спрашивала. Надо было проверить и все-таки убить ее. Таких свидетелей не оставляют в живых. А она ей просто заплатила… Нет, она не заплатила. Виолетта не помнит точно, что переписала на Веру: ту дачу, где родился ребенок, или какую-то квартиру… Какую-то лишнюю недвижимость, она не любила давать деньги. И всегда сохраняла дарственную или купчую. Если это была плата, деньги оставались только на бумаге. Если бы найти документы, они есть, просто она не может их найти. Она бы прочитала адрес, послала бы людей все узнать… Если квартира, то она наверняка в этом районе. Она много лет жила в этом районе, старалась скупать здесь все приемлемое жилье. Виолетта хотела, чтобы ее люди жили тоже у нее под рукой. Какие люди? Она всех забыла, почти всех! Боже. У нее больше нет никаких людей. И она ничего не знает. Она кому-то поручила все оформить и больше не видела Веру! Может, Петя ее, мать, прячет именно от чьей-то мести? Она всегда ему говорила, что держит подчиненных рядом, потому что им нельзя доверять. Наверное, Петя что-то страшное узнал. Как хорошо, что он о ней позаботился. Она хочет жить.
