Интересно, знает ли Петр Романов, что у него был или есть родной брат?
– Правды он не скажет, – ответил Масленников. – Но Виолетта в таком состоянии, что могла все ему рассказать. Побои, могли быть какие-то препараты… Возможно, он знает. И если этот брат действительно жив, то он в опасности.
Настя вдруг сжала виски и тяжко, со стоном вздохнула. Все посмотрели на нее внимательно. Сергей обнял ее за талию, притянул к себе. Так она обычно приближается к чему-то, что может оказаться самым важным.
– Я слушаю вас, – сказала она.
– Так много всего. Я сортирую. Факты, предположения, мотивы, эмоции, диагнозы, наконец… И я чувствую, что все время что-то ускользает. Что-то очень важное. То, что все пропускают. Я хочу сказать, что девушка, которая приняла чужого ребенка, если она это сделала, наверняка не усыновляла его. Она бы не стала так рисковать. Виолетта Романова была очень влиятельным человеком. Я потрясена тем, что с ней делал сын… Но у нее имелись люди, которые могли расправиться с кем угодно, когда она была в силе.
Купить свидетельство о рождении – это все, что могла сделать девушка Вера в подобной ситуации.
– Но оно будет фальшивым, – добавил Масленников. – И это в принципе не так трудно установить. Опять же – материалы о беременности, родах… Попробуем порыться, хотя срок для таких документов слишком большой. Надо ехать к отцу Анатолия, пытаться вызвать его на откровенность.
Глава 25
Ах, как прекрасно быть женщиной! Как немыслимо сладко быть желанной женщиной! Как упоительно, как великолепно чувствовать себя красивой женщиной! Испытав это, можно пережить что угодно.
Так думала Лара, ощущая себя вновь на своем месте, рядом со своим мужчиной, в их общем жилище. Пусть на неделю, на день. Неважно. Как только Алексей даст понять, что хочет остаться один, она спокойно уедет к себе. Она во всем убедилась. Из всех женщин на свете ему подходит только она. И дело не в том, что он это сказал в порыве страсти. Просто это невозможно не понять. Такое бывает лишь однажды. Они оба несколько дней не ходили на работу, Алексей только отдавал распоряжения по телефону, Лара отпросилась.
Они не смотрели на часы и календарь, не включали телевизор и компьютер, просто жили, как первые мужчина и женщина на земле, только в городской квартире с холодильником и ванной. И с многотысячелетним опытом любви…"
"Он уснул. Лара погладила его по щеке с колючей щетиной: ему некогда бриться, они стараются не терять ни минуты общего времени, и ей так даже нравится.
