Поежившись, я посмотрел на ледяную поверхность ущелья за окном. Тонкий слой снега скрывал следы недавних природных потрясений. Вдали мелькала далекая деревня, окруженная туманным паром из-под снега. Я задержался на секунду у края каменного булыжника, наблюдая за редкими облаками, которые медленно развертывались над пустынными горами, прежде чем скрыться в черной бездне....
Койн лишь отмахнулся и осторожно пошел вперед по оставленным здоровяком следам.
До моих ушей донесся глухой крик, исходящий, казалось, из недр скалы. Насторожившись, я прислушался и тотчас услышал еще один вопль. Переглянувшись с Древином, я убедился, что и он что-то слышал.
— Жив, чертяка, — с облегчением проговорил Древин."
"Койн, не обращая внимания на крики, потихоньку продвигался вперед и вскоре оказался у того места, где следы здоровяка резко обрывались. Опустившись на колени, Койн руками разгреб сугробы, и перед ним открылась чернеющая дыра.
— Здесь расщелина. Туда он и ухнул. Придется его оттуда вытаскивать — сам точно не выберется. Веревка нужна.
— Как он? — встревожено спросил я.
— Говорит, что в порядке, — успокоил меня Койн. — Руки-ноги целы, а на голову он и так ушибленный. Разве нормальный человек будет гномам мечи предлагать?
Облегченно выдохнув, я взглянул на Древина, и, поняв меня без слов, мастер торопливо направился к лебедке подъемника, где недоуменно переминались двое мужчин — те, кто поднимал платформу наверх.
* * *Чтобы поднять тяжелую тушу здоровяка, потребовались объединенные усилия всех, кто находился на вершине. Всех, кроме меня. С пробитым плечом и после утреннего кровопускания сил у меня было не больше, чем у новорожденного цыпленка. Поэтому я стоял в стороне и лишь наблюдал за действиями остальных. В который раз я поразился невероятной силе гномов — при столь маленьком росте у Койна были непомерно широкие плечи и массивные руки. Самое интересное, что все мужчины из клана Чернобородых отличались таким телосложением, а ведь, по словам Койна, их клан никогда не воевал и занимался торговым и кузнечным делом.
