В мире, где магические войны уничтожили половину континента, превратив её в безжизненную пустошь, выжившие человечество укрывается за защитной стеной. Руины древних городов кишат чудовищами и нежитью. В этих тёмных временах разворачивается история о борьбе за выживание и надежду на возрождение.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Темные времена»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В мире, где магические войны уничтожили половину континента, превратив её в безжизненную пустошь, выжившие человечество укрывается за защитной стеной. Руины древних городов кишат чудовищами и нежитью. В этих тёмных временах разворачивается история о борьбе за выживание и надежду на возрождение.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Андрей Николаевич Телегин Самиздат подборки серии
В мире, где магические войны уничтожили половину континента, превратив её в безжизненную пустошь, выжившие человечество укрывается за защитной стеной. Руины древних городов кишат чудовищами и нежитью. В этих тёмных временах разворачивается история о борьбе за выживание и надежду на возрождение.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Достав из кармана причудливо изогнутый корень, я целиком засунул его в рот и принялся тщательно и медленно разжевывать — несколько таких корешков я получил от Стефия на случай, если боль станет слишком сильной. Юный ученик священника оказался прав — горьковатая и вяжущая сердцевина корня неплохо притупляла боль, но действовало это лекарство не дольше трех часов, после чего приходилось разжевывать следующую порцию. Просить Стефия подлечить мне рану способом из магического арсенала священников я не собирался — у нас впереди долгий переход, и тощему пареньку пригодится каждая толика оставшихся сил. Уже второй раз Стефий наравне с опытными и бывалыми воинами преодолевает все трудности пути, и ни разу я не услышал от него ни одной жалобы. Это вызывало уважение как мое, так и остальных моих людей. Даже вечно всеми недовольный Рикар, провожая взглядом суетящегося Стефия, иногда бурчал себе в бороду что-то явно одобрительное.
Заключенное в корне лекарство наконец подействовало, и, к моему облегчению, боль в ране несколько утихла. Полностью укутавшись в одеяло, я улегся на здоровое плечо и устало смежил веки…
Два часа пролетели в мгновение ока, и весь остаток дня мы шли без остановок.
Усталость брала свое, и даже обычно столь шумные и сварливые гномы притихли и сосредоточились на ходьбе, заставляя ноющие ноги сделать еще несколько шагов. Когда вечерние сумерки сменились непроглядной ночной темнотой, мы все еще были в пути, хотя я уже шел на последнем издыхании, и Рикар частенько посматривал в мою сторону, боясь, что на следующем шаге я рухну в снег и больше не поднимусь. Но я продолжал шагать. Меня больше беспокоило плечо — во время пути частенько приходилось хвататься за ветви, чтобы удержать равновесие, спускаться по заснеженным склонам и перетаскивать волокуши через валуны, разлапистые коряги и прочие препятствия. Без помощи рук в этом деле не обойтись, и к темноте боль в плече усилилась неимоверно. Никакие целебные корни уже не помогали, и приходилось стискивать зубы покрепче, чтобы удержаться от стона боли."
"Через две лиги смешанный лес сменился густым ельником, растущим на склонах пологих холмов. Стоило задеть еловую лапу плечом, и с дерева обрушивался настоящий снегопад. Местность изобиловала оврагами и лощинами, изредка попадались скрытые под снегом валуны, трижды пришлось перебираться через один и тот же дико петляющий широкий ручей, скованный коркой льда, на которой скользили копыта лошадей. Ручей следовал в том же направлении, что и мы, но постоянно петлял, резко уходил в сторону и вновь возвращался, чтобы пересечь нам дорогу.
