Я либо плавала в ласковых волнах, либо сидела на песке и играла водными потоками, что получалось у меня все лучше.
Утром ко мне приходил мэтт Востег, с каждым его визитом целитель становился все больше похожим на нормального адекватного человека, казалось, что спесь спадает с него, как шелуха с лука.
Вчера маг сказал мне:
– Леди Ирэн, у вас очень интересная магия. Хотя, наверное, вы это и сами знаете. Только никому об этом не говорите.
– Почему? – взволнованно спросила я.
– Не все хотят перемен в нашем мире. Кто-то нажил огромное состояние на магической воде и продолжает зарабатывать на самой большой проблеме нашего мира. Поэтому пока никто не должен знать об истинной направленности вашей магии.
– Но как же я могу это скрыть?
– Возьмите медальон, я его специально зарядил для вас. Он закроет вашу магию, и все будут видеть воздух. И еще, вам нужно учиться. Сам я, к сожалению, не могу посвятить вам много времени. Буду пoявляться у вас один раз в неделю. Зато я нашел для вас хорошего учителя. Мэтти Борислава сильная магесса воздуха. Она в курсе вашей истинной ситуации. Можете ей доверять, она моя ученица и давала магическую клятву о неразглашении.
– Меня будет учить маг воздуха? Будет ли от этого толк? – пoинтересoвалась я.
– Выбора у нас нет. Магов воды не осталось в Лобрусе. Как бы мы ни желали, но учить вас будет воздушница.
Племянник королевского нотариуса появился на третий день послė моего возвращения в особняк. Это был молодой человėк высокого роста с совершенно белыми волосами. Меня поразил пристальный взгляд его умных глаз, казалось, он видит всё и вся.
Юрист поклонился мне, произнес слова приветствия и протянул бумаги.
– Рад познакомится с вами, леди Ирэн. После того как мэтт Тирон рассказал мне о вас, я взял на себя смелость поискать в королевском архиве сведения о вашем отце. Я нашел копию завещания и несколько интересных документов. Согласно им состояние вашего отца было намного больше сумм, оговоренных в завещании.
– И что это может значить? - спросила я.
– Думаю, было дополнительное завещание, которое почему-то не озвучили сразу. Причину этого, возможно, удастся узнать, но это уже не так важно. Сейчас важнее то, что у вас есть год на то, чтобы найти другую часть завещания и заявить права на вторую половину состояния барона Гримма.
– Половину? Так много?
– Может быть, даже больше. Точно пока сказать не могу.
