На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
Раздел Chitat.online для книги «Темный инстинкт» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Татьяна Юрьевна Степанова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Может, это собака?
— Что вы! У этого беломордого уродца когти стучат как копыта. Ужасное создание, зачем Егорка только привез его сюда? Все стулья в столовой прогрыз, у Майки тапочки сожрал, у Андрюшеньки куртку кожаную располосовал. Ах, Андрюша, деточка… — Она приложила к глазам тыльную сторону ладони. — У господа сейчас поет мальчик в хоре ангельском. Такие здесь долго не задерживаются. Истинно сказано — не от мира сего. — Рука ее снова потянулась к фритюрнице. А глаза были сухи — ни слезинки, и все та же многозначительность в них поблескивала. — Нет, Сереженька, не Мандарин путешествовал. А кто-то другой, двуногий. А потом Марина закричала. И вот что я еще скажу: это не впервые тут у нас.
— Что не впервые? — не понял Мещерский. — Марина Ивановна пугается?
— Нет. Кто-то ходит по ночам у нас, вот что, — домработница торжественно загасила «козью ножку» в пепельнице, открыла фритюрницу и переложила шумовкой румяный картофель на блюдо. — Кому-то тут не спится. Накануне вашего приезда тоже все кто-то бродил. Я слышала.
— А вам не захотелось посмотреть, кто это?
— Господи, да я и внимания особого не обратила! Сегодня вот ночью вроде не по себе стало — мертвец в доме.
Ну и мысли разные лезут — сами понимаете, веселого мало. И тут вдруг крик, да какой! На Марине-то лица не было, белая вся была, страшная.
— Ну, не страшная, — Мещерский смущенно потупился. — А что вы сами думаете по этому поводу, Александра Порфирьевна?"
"— Я? Я, деточка, ничего не думаю. Мое дело вот — чтобы все сыты были, накормлены-напоены. На стол подать, сготовить, за домом уследить, белье в прачечную — из прачечной: Киндер, Кляйде, Кюхе, Кирхе. И все. Мне особо думать некогда. Это на вас с вашим другом Марина надеется.
Вот вы и обдумайте.., на досуге, только не очень на меня обижайтесь. А то скажете: маразм, мол, у старой, чудится ей.
— Что вы, Александра Порфирьевна, да и какая вы старая? Вы просто очаровательны, — Мещерский изловчился и чмокнул ее сухонькую сморщенную руку, пахнущую табаком и свежим укропом. — А вы вообще давно знаете Марину Ивановну?
— Давненько. Я ведь четверть века в Художественном театре проработала в литературной части. Да, да, еще тот МХАТ помню, великих стариков — Тарасову, Грибова, Яншина, Андровскую. А какой бесподобный был Павел""
Владимирович Массальский! Я, грешным делом, все вздыхала о нем украдкой — такой был роскошный.
